Магическая вспышка

Люк сидел на полене, что они с Пэйблом вчера приволокли из леса, чтобы ночью сидеть было на чём, в то время как Атикин собирал небольшие поленья, и старательно водил пером по бумаге, которую он приложил к небольшой деревянной досочке, какие специально выпускают для путешественников.

– Что пишешь? – с улыбкой спросил Эндан.

– Письмо к родителям, – не отвлекаясь, ответил Люк. – Меня лишили в городе отписаться им, что сделка прошла удачно, так я вот хоть сейчас напишу, чтобы лишний раз не волновались.

– Знаешь, я думаю, нам ещё несколько дней не представится возможность отослать его, – чуть смеясь, проговорил Эндан.

– Прекрасно понимаю, но даже если бы мы сейчас были в городе, письмо бы ещё несколько раз потеряли, прежде чем отправили бы по адресу, – продолжа говорить Люк, строча пером. – Да и сама доставка сообщения дело затяжное.

– Уж это точно. Если бы тебя не отправили с нами, ты бы и то быстрее добрался до места.

На этих словах Люк закончил писать и, сложив письмо в конверт, положил его в карман на седле лошади, чтобы не потерять его.

– Это через портал? – спросил Люк, подняв наконец глаза на Эндана. – Ну, уж нет, я магии хоть и уважаю и верю в неё, но не доверяю. Особенно транспортировку себя. Ещё неизвестно, что из этого выйдет…

– Почему же? Все прекрасно пользуются порталами и…

– И иногда превращаются в оборотней, лягушек и прочих. Уж увольте, но я считаю, что магия и подвести может.

На этом их разговор закончился, Люк ушёл заниматься завтраком, а Эндан будить остальных.

После утренней трапезы, когда все уже встали и убрали палатки, Эндан наказал всем двигаться через ручей прямо в лесную чащу, где судя по карте их ожидал следующий привал у реки при переходе в лес Смерти, где и расположен тот самый храм Дьябло.

Природа в лесу была совсем иной. Часто по ветвям прыгали белки, а из кустов доносились звуки прячущихся зайцев. Пару раз дорогу перебегала лиса, а среди листвы виднелись едва различимые оленьи рога. Лишь сокол, чьи пронзительные жёлтые глаза сверкали путникам уже второй день, мог напомнить, что ещё совсем недавно они шли по ещё только зацветавшей и необщительной степи. Но путники не наслаждались даже пением птиц за прошлую ночь их коллектив начал опутываться сетями, деля участников похода на маленькие группки, выстраивая различные отношения между ними. Так Ква прониклась симпатией ко всем членам группы, она вообще была одним из тех людей, что старались видеть во всех только достоинства. Фиона же постаралась наладить отношения со Спайком и Ква (с дерзкой собакой дружба возникла как-то сама собой), а эльфов её мозг старался не замечать. Что же касалось Люка, то его шуточки и периодическая глупость, объединённая с простотой вызывали у неё гнев и раздражение, сила которых зависела лишь от остроты высказывания. Однако Люк сложил в её сторону тоже не самое лицеприятное мнение, так Фиона казалась ему весьма противоречивой и неестественной, словно она впитала в себя гордость и пренебрежительность принцесс или дочерей знатных людей и натуру тех жестоких лицемеров, что готовы изображать из себя кого угодно, лишь бы добиться нужного результата. В отношении остальных членов команды Люк испытывал скорее положительные эмоции, особенно к юному принцу, его общество сразу доставило клонизатору огромное удовольствие, ведь он раньше и не представлял, что принцы могут быть столь приземлёнными, естественно настолько, насколько может быть приземлённым представитель королевского рода. Атикин тоже был рад общению с Люком, он нашёл в нём человека, который бы мог помочь ему освоится в столь не привычных для него условиях. К остальным же участникам похода он относился с опаской и недоверием. Пэйбл был самым закрытым участником похода, он старался ни с кем не разговаривать и следить за тем, чтобы никто не растерял казённого имущества. Ему не нравился коллектив собранный Советом, его маленькие чёрные глазки презрительно перебегали с наркобарона на вампиршу и так дальше, видя лишь уродов и мерзких созданий, которых он бы ненавидел, если бы не его принадлежность к линнским эльфам, коей он так гордился. Мнение же Спайка Бена о команде было схожим, они видели людей хороших где-то внутри или даже просто хороших, но совсем не готовых к битве. Все члены коллектива, за исключением Эндана, были для них новобранцами, что наверняка знали теорию ведения боя на отлично, но ещё не разу не применяли её на практике, а это очень важный пункт. Первая же заварушка раскроет их истинный облик, а половину может даже убить. Собственно по этой причине Эндан старался ни с кем не разговаривать, лишь бы не привязаться к будущим покойникам.