Королевский двор Франции в эпоху Возрождения

Несмотря на всю функциональную и организационно-политическую значимость этих шести (семи) ключевых служб, которые возглавлялись самыми почетными лицами двора и страны — носителями главных коронных чинов (как правило, с приставкой Grand к названию должности), только Королевская палата (Chambre) могла претендовать на ключевое место в системе куриального управления. Ее возглавлял Главный камергер (Grand chambellan) — придворный почетный пост, созданный во многом по политическим причинам, в пику Камерарию; в его обязанности входило постоянно пребывать при монархе, контролировать состояние королевских покоев, принимать присягу у всех служащих под его началом (в присутствии короля), хранить секретные ключи и печати, сопровождать короля на заседания Парижского парламента (Lis de justice), самостоятельно расходовать средства на нужды своего ведомства[200].

Впервые упоминание об этой должности появляется в правление Филиппа II Августа, в 1203–1204 гг., что, конечно, не было случайностью, поскольку известно, насколько активно этот капетингский монарх формировал свое окружение, воздавая должное только реальным функционерам двора, и явно стремился создать некий политический и функционально-должностной противовес семье своего влиятельного камерария и родственника, графа де Бомон-сюр-Уаз[201]. Вплоть до 1315 г. название должности значилось как Chambellan de France — Камергер Франции. Наверное, самым известным камергером был Ангерран де Мариньи, граф де Лонгвиль (ок. 1276–1315) — ближайший сподвижник Филиппа IV Красивого, интендант финансов и капитан Луврского замка, который поддерживал короля в борьбе с папой и был в числе противников Ордена тамплиеров[202]. Однако после его казни, по надуманному обвинению, при новом короле Людовике X должность была, очевидно, намеренно, повышена в статусе — переименована в Grand chambellan — Главного камергера, и передана лояльному придворному, виконту Жану де Мелену, графу Танкарвилю. Последний, таким образом, сразу обрел коронный пост, который его потомки удерживали на протяжении всего XIV столетия — явление почти беспрецедентное для носителей куриальных ключевых должностей, поскольку и Капетинги, и первые Валуа не поощряли должностную наследственность и намеренно регулярно перекраивали должностные позиции и закрепленные за ними полномочия[203]. Так, в 1468–1486 гг. в царствование Людовика XI и при регентстве его дочери Анны де Боже место Главного камергера вообще не замещалось, de-facto оставаясь вакантным, в связи с политической изменой короне барона де Ло, одновременно бывшего Главным кравчим, и его последующим тюремным заключением[204].