Моя дорогая Кэтрин

Поэтому на следующий день, предупредив Монику, что задержусь на работе, я отправился в дом родителей Кэтрин. Разговор вышел сложным. Не став ходить кругами, рассказал о том, что происходит с Энн и о предположение детского психолога о наследственном психическом заболевании.

— Что вы, Грег?! В нашем роду никогда не было душевнобольных, ни у меня, ни у мужа, — воскликнула Эвелин, прижав руки к груди. — Вы же знаете моих родителей, сами с ними общались, и думаю понимаете, что они вполне адекватные люди?! Родители моего мужа Гордона давно умерли. Но уверяю вас, это были абсолютно здоровые психически люди. Я, мой муж, Анита… Да что там говорить, я уверяю вас, в нашей семье подобных проблем никогда не было.

Я понял, что мы говорим ни о чем. Эвелин восприняла мои слова, как обвинение и пыталась оправдаться, а я всего лишь хотел понять, почему мой ребенок ведет себя иногда так странно.

— Мне необходимо поговорить с вашей дочерью, — настойчиво произнес я. — Передайте ей, что нам необходимо встретиться и обсудить поведение Энн.

— Хорошо, я обязательно передам Кэтрин твою просьбу, — сказала Эвелин.

— Это не просьба, а требование. Ведь это касается нашего ребенка, — я серьезно посмотрел на нее, что настаиваю на встрече и никакие отговорки не приму.

Эвелин доброжелательно кивнула в знак согласия и постаралась меня успокоить:

— Грег, как только Кэтрин позвонит, я сразу ей все передам. Не переживай, с Энн будет все в порядке.

Я кивнул и быстро попрощавшись, поехал домой, надеясь, что очень скоро увижу бывшую жену, и мы сможем обсудить возникшие проблемы с нашей дочерью.

Но мои надежды не оправдались. Время шло, а Кэтрин так и не позвонила. Но одновременно с этим абсолютно изменилась Энн. Она стала более подвижной и улыбчивой, и я часто слышал, как из детской раздается ее смех. Моя девочка вновь стала прежней, такой же как до нашего с Кэтрин развода, и мне все больше казалось, что Олиа ошиблась.

Однажды сидя на террасе у Морелли, мы пили кофе, и к нам подбежала запыхавшаяся Энн.

— Папа, папа, мы так весело играем. Так весело! — и быстро повернувшись она вновь убежала. Зашедшая следом Эвелин, улыбаясь, проводила ее взглядом:

— Вот непоседа, — а потом, посмотрев на меня, вздохнула. — Извини, Грег. Но Кэтрин пока не может встретиться с тобой. Но мне кажется, вопрос решился сам собою. Посмотри, как изменилась наша девочка. Она стала совсем другой.

— Я вижу. Но не понимаю, с чем связаны эти перемены.

— Мне кажется, что на нее повлияла Моника, включив в ее жизнь больше веселых и подвижных игр, и вот результат.

Я не знал, что об этом думать, но может она и была права. Моя девочка теперь всегда была в хорошем настроении, подвижна и всячески проявляла любовь ко мне и окружающим.

— Знаешь, Грег, мы даже завели для Энн маленького котенка, — призналась Сесилия. — Энн, Энн, — закричала она. — Принеси своего малыша. Папа хочет с ним познакомиться.