Семья напрокат, или Младенец по завещанию

— А ты-то откуда знаешь, что было три года назад? — Я крутанулась на кресле и поднялась. — Если видела его всего лишь два раза.

— Мира, ты думаешь, мы тут не сплетничаем? Но вообще это все моя предшественница Мария Павловна. Она еще когда в самый первый раз увидела, как я засмотрелась на Соколовского, так сразу и вставила мне мозги по первое число.

— И чем же таким она тебе их вставила? — Я подошла к шкафчику с лаками и стала искать свой любимый, серебряный.

— Ну как чем? Мира, я же тебе уже все сказала. Мутный и непростой.

— Понятно все, — скривилась я. — Много слов и ноль информации.

— Ну почему же ноль? У него нет среднестатистических клиентов. Почти все такие же богачи, как Самойлов. Только половина из них, если не все, нечисты на руку.

— Бандиты? — Я нашла лак и вытащила его из подставки.

— Огнева, не впадай в крайности. Мы не в девяностых живем, но…

— Вот именно, что но. Иа, ты меня еще больше запутала. Я не знаю вообще, что думать. — Я прислонилась спиной к стене и тяжело вздохнула. — Он предложил мне сделку в обмен на половину моих денег.

— Вот! — взвизгнула подруга. — Я же говорила, что он мутный.

— Но ему не нужны деньги, понимаешь?

— Это он тебе сказал?

— Нет. Он, наоборот, пытается, то есть пытался, — поправилась я, вспомнив наш сегодняшний разговор, — меня в этом убедить. Но я же хоть и наивная, но не настолько. Он в такой квартире живет, ты бы видела. Она даже для меня шикарная, понимаешь?

— Ну, может, он снимает?

— Да даже если и снимает? Это в перспективе еще и дороже выйдет.