Вернуть себя. Том 8

— Готов? — спросила у меня Лейла стоя в моей каюте. Именно ее мы подготовили для демонизации экранировав от систем корабля. Не хотелось бы чтобы системы отказали в самый неподходящий момент.

— Неготов, но это разве что-то меняет? — усмехнулся я скрывая под улыбкой свой страх.

— Тогда начинаем, — произнесла Лейла отрезая довольно не маленький кусок своей духовной плоти.

— Это ради тебя… — прошептал я и приготовился к дальнейшим действиям.

Последнее, что я вспомнил, как грохнулся на пол и стал лихорадочно извиваться на полу от ощущений, словно кто-то пытается надуть меня воздухом, словно воздушный шарик.

Через некоторое время я очнулся от чувства невыносимой боли. Сил терпеть уже не было: я катался по полу, орал, визжал, переходил на хрипы, кусал губы и стонал. Мне казалось, что все мое тело в огне, а под кожей роятся тысячи мух, причиняя невыносимые муки. Выбиваясь из сил, я сумел добраться до кристалла-накопителя и взять его в руки.

Дикая боль пронзила мои руки, она словно накатывала волнами: то принося невероятные мучения, когда я был в сознании, а после наступала приятная темнота. Казалось, мое тело словно собирают по кусочкам невидимые хирурги. Бред смешивался с реальностью: то я видел темные стены каюты, то видел картины прошлого, в котором я убивал всех дорогих мне людей, а иногда и вовсе был неведомо где: то убивая каких-то демонов, то наслаждаясь мучениями смертных.

Мое сознание как будто выворачивали наизнанку. Лишь владение псионикой помогало сохранить мне разум, но я чувствовал, что был уже близок к пределу. Когда начала формироваться привязка к Нижнему Плану, я понял, что пора, пора было продолжать. С трудом потянувшись к запасу бахионь глубоко в своей душе, я открыл ей доступ с единственным желанием — лишиться привязки к Нижнему плану и не стать истинно темным демоном.

Не знаю, через сколько, как вдруг я очутился в каком-то мире, который словно был создан умом безумца: небо было багровым, по каменистому ландшафту текли реки лавы, но иногда мелькали кусочки: то нашего с Флорой двора в школе, то рубки нашего космического корабля, а то и вовсе мой дом, построенный на Родреноне.

Они казались чужеродными на общем фоне. Я пошел вперед, поближе к какой-то гигантской горе, и неожиданно заметил, что у подножия лежу я сам, только какой-то неприятный, весь покрытый слизью, фонящий ненавистью ко всему живому, если бы не цепи из бахионь на нем, то он бы точно на меня накинулся.

Откуда-то пришло понимание, что это мой внутренний мир, точнее, его ментальная проекция в сознании, так как это все же не было демоническим доменом. Мир, который претерпевал изменения, связанные с процессом моей демонизации. Все же духовная плоть Лейлы очень сильна, несмотря на ее нежелание разрушать мой внутренний мир, кусочек ее духовной плоти это делал самостоятельно.

Также откуда-то я понял, что для полноценного завершения демонизации я должен поглотить темного себя, стать единым целым, а потом победить его в праве обладания мной. Подойдя поближе к темной проекции меня самого, я попытался коснуться его ладонью. При касании проекция словно начала впитываться в меня, а я снова впал в забытье.