Земля матерей [litres][Afterland]

– Вы не знаете, что внутри?

– Я считаю ненужное любопытство серьезным недостатком.

– И я могу доверять, что вы доставите товар по назначению?

– Разумеется.

– Здравствуйте, миссис Амато! – сейчас здоровается Билли с ней. Миссис А. не приглашает гостей присоединиться к ней на диване или хотя бы сесть на один из деревянных стульев. Пугливая Нелли все больше нервничает, теребит волосы, а миссис А. выдерживает затянувшуюся паузу. Смазливая девочка Рико застыла, вся внимание, скрестив руки на груди и прислонившись к лакированному столбу. Дождь не стихает, окружил их со всех сторон. Билли холодно, неуютно, и ей не нравится то, что́ это говорит о происходящем. Совсем не нравится.

Конечно, в кои-то веки она не доставила товар. Не привезла своего племянника, перевязанного бантиком, но неприятности случаются. Она исправится. Начнем с того, что вся эта великолепная задумка исходила от Билли. Живой мальчик, ее близкий родственник, которого она может привести, спокойно, без обмана. И на черном рынке за его сперму можно будет выручить неслыханные богатства, помочь куче отчаявшихся женщин забеременеть, потому что тотальный запрет – это чушь собачья. Разбогатеть, спасая мир. Да это практически альтруизм.

– Я рада тебя видеть, Билли, – произносит миссис А. с теплым урчанием развивающегося рака гортани. – Я не знакома с твоей подругой?

– Меня зовут Сэнди. Сэнди Невис, – говорит Нелли, протягивая руку. Миссис Амато не двигается, чтобы ей ответить. Рико едва заметно качает головой. «Не суйся, куда тебя не просят, крошка». Нелли отдергивает руку, словно ее ударили. – Я нашла ее, у шоссе. Она разбила машину. Я предлагала отвезти ее в больницу, но она…

– Я сказала ей, что за свою услугу она будет вознаграждена, – перебивает ее Билли, отвлеченная яркой молнией, сверкнувшей за пеленой дождя. Молния пульсирует подобно стробу.

– Вот как? Мы обязательно что-нибудь придумаем. Но что стряслось с тобой, милочка? – говорит миссис Амато, помешивая в стакане металлической соломинкой. Соломинка звякает о стенки. Содовая с лаймом. Даже со своего места Билли ощущает острый аромат цитрусовых. Она никогда не видела, чтобы миссис А. пила спиртное. – Авария? Это же очень травматично, – выдыхает миссис Амато, и ее рука на груди подобна пауку. – Не хочешь выпить чего-нибудь крепкого?

– Все в порядке. – Хотя на самом деле выпить было бы очень кстати. Чего-нибудь покрепче, пожалуйста, и побольше, огромное спасибо. И еще каких-нибудь хороших обезболивающих, нескольких профессионально наложенных швов и кровать с чистым бельем. Но в лживой заботе есть какая-то звенящая нотка, подобная постукиванию металлической соломинки о стенку стакана.