Облачно, возможны косатки

Этот город был основан в 1830–1840-х годах для прибрежного китобойного промысла, процветавшего здесь благодаря пролегавшим вдоль берега путям миграции гладких и горбатых китов. Косатки охотились на китов в этих водах еще до регулярного промысла, но неизвестно точно, когда они начали сотрудничать с китобоями. Первые упоминания об этом относятся к 1870-м годам. По воспоминаниям очевидцев, в этот период косатки делились на три группы общей численностью 27 особей. Многих из них китобои различали по форме плавника, царапинам и зарубкам, подобно тому как это делают по фотографиям современные исследователи. У самца по имени Том был особенно высокий плавник с выемкой возле вершины. Плавник Хампи был завален набок и почти касался бока животного, а у Хуки скошен вправо под углом около 45 градусов. По-видимому, их плавники были повреждены во время атак на китов. Помимо этих троих, китобои различали также Стрэнджера, Купера, Джексона, Типи, Кинчера, Джимми, Альберта, Старого Бена и Молодого Бена. Каждая группа имела собственное название по имени одной из приметных косаток – Хуки, Стрэнджера и Купера. Косатки приходили к бухте Туфолд каждый год в китобойный сезон, длившийся с июня по ноябрь. Обычно они появлялись примерно за неделю до прибытия мигрирующих китов.

По рассказам, косатки находили и атаковали китов в море неподалеку от бухты, а затем одна или две из них плыли к берегу и прыжками и громкими хлопками по воде сообщали об этом китобоям. Когда люди на вельботе выходили в море, косатки вели их к месту охоты, нередко на приличное расстояние – до двух миль от бухты, в то время как остальные члены группы продолжали атаку, удерживая кита до подхода китобоев. В благодарность за помощь, убив кита, китобои на некоторое время оставляли труп в море, позволяя косаткам выесть язык.

Это удивительное сотрудничество продолжалось примерно до середины 1920-х годов, когда численность китов снизилась из-за неограниченной добычи и китобойный промысел начал постепенно хиреть. Косатки перестали регулярно приходить в Туфолд, и лишь изредка одного-двух животных видели в море. В 1930 году в бухте был обнаружен мертвый самец косатки, погибший за день или два до этого. Старые китобои опознали его как Тома. Они решили сохранить скелет, и его до сих пор можно увидеть в местном музее.

Несколько передних зубов в черепе «Тома» отсутствуют – по утверждениям китобоев, он потерял их из-за привычки во время охоты хватать и тянуть зубами линь, привязанный к гарпуну, вонзившемуся в спину кита. Однако при детальном осмотре специалистами выяснилось, что отсутствие зубов – результат абсцесса. Кроме того, под вопросом оказался и возраст животного – сосчитав слои на спиле зуба, ученые пришли к выводу, что самцу косатки в момент гибели едва ли было более 35 лет. Получается, что он никак не мог быть тем самым Старым Томом, сотрудничавшим с китобоями в 1870-х годах. Впрочем, как часто бывает с историями, передающимися из уст в уста, правду установить оказалось невозможно, так что скелет продолжает красоваться в музее с табличкой «Старый Том», на радость туристам.