Скандальная связь

— Спасибо, — благодарю его я за вмешательство. — Вы не должны были, но спасибо.

— Не стоит. Это мне следует поблагодарить вас за телефон, Элла.

Я сцепляю пальцы за спиной, невинно изображая невовлеченность в увиденное на экране его айфона. Прикусываю себя за кончик языка, чтобы ненароком не сболтнуть в насмешливой манере об отсутствии у него пароля. Он ведь меня на месте испепелит силой мысли. 

— Я обычно осмотрителен, — с тихой усмешкой уверяет Аскаров, — но в этот раз... —  вдруг осекается; светло-зеленые глаза расширяются, глядя на мое лицо, затем резко устремляются вниз, как будто их обладатель чем-то сконфужен.

Может, испугался, подумав, что в момент нашего столкновения я почувствовала его стояк и приняла на свой счет, раз якобы не видела изображения, которое стало причиной его твердости?

— В этот раз?.. —  вторю я, вопросительно приподняв бровь.

Стоит ли намекнуть и подтвердить опасения босса? Интересно, как изменится тогда его лицо?

От осознания, сколького Аскаров не знает обо мне, легкая улыбка касается губ. Увидев ее, Игнат Артурович и сам начинает улыбаться краешком рта.

— Знаете, вы, кажется, заразили меня неуклюжестью, — в шутливо-укоризненной манере он машет указательным пальцем.

На этой неделе мы много с ним разговаривали, спорили, обменивались мнениями, и это нас сблизило. Словно вспомнив о том же, Игнат произносит:

— Не знаю, почему откровенничаю с вами. — Он выдерживает недолгую паузу, а потом: — Кажется, что все остальные мои подчиненные уступают вам в искренности. 

— Вы ошибаетесь, Игнат Артурович, — смущенно отвечаю. 

Босс наставляет на меня палец и сощуривается. 

— Так и знал, — говорит он с улыбкой, — что вы будете защищать коллег. 

Не могу сдержаться от ответной улыбки. Включив большого начальника, Аскаров кивает на рабочий стол:

— Раз уж вы здесь, — он поднимает толстую папку, отдает мне, — передайте это Лилии Николаевне. Моя секретарша так и не вернулась с обеда, три часа прошло, — негодует Игнат. — Уволю к чертовой матери, обещаю! 

Как это мило, что он повторяется в своих фразочках. Я шутливо поддеваю босса, почувствовав атмосферу между нами, — сейчас можно:

— “Идите-работайте”? 

Он качает головой, усмехнувшись. 

— Элла… — опять пряча руки в карманы. 

— Поняла, — смеюсь тихо, — до свидания. Хороших выходных. 

Наверное, перед тем, как дверь закрылась за моей спиной, я испытала слуховую галлюцинацию. Не мог Аскаров проронить: “О да”, не мог! 

***

В такси еду смятенная, возбужденная и вся растревоженная. Раньше я не меняла своих решений по несколько раз на дню. К середине пятницы, после того, что выдала Марина, я уже не была уверена, что моя авантюра — идея хорошая. И вообще я казалась себе самой настоящей уродиной. Но Игнат волшебным образом немного меня воодушевил. А дома, трансформировавшись в Скарлетт, все сомнения отпали сами собой. Гример ждал уже у подъезда. Талантливая художница нарисовала на моем лице принт гепарда — но так ярко, с проработкой всех деталей, с пятнами грациозной кошки, переходящими на шею. Оливковый оттенок кожи подчеркнула бронзером, сделала акцент на глазах, нарисовав растушеванные стрелки и дымчато-коричневый смоки, придала роскошность взгляду накладными пушистыми ресницами. Я себя в зеркале не узнала, особенно, когда надела линзы.