Последняя из своего рода. Том 2 [СИ]

Я горько улыбнулась. А ведь мальчишка, наверное, долго копил их, считал своим сокровищем, раздумывал о том, что купит, когда монет наберется достаточно.

— Мне нужна запасная одежда и какое–нибудь оружие, — я вернула монеты в кошель. — Этого хватит?

— Если только выбрать то, что подешевле, — честно ответил парень.

Кивнув, я повернулась к Ренике.

— Я могу взять тебя с собой, но ты подумала, в каком качестве?

Девчонка растерянно захлопала светлыми ресницами. Ясно, так далеко их планы не простирались.

— Ладно, — решила я. — будешь моей горничной. Это достаточно правдоподобно.

— Хорошо, даана, — послушно сказала Реника.

Сын трактирщика ушел и время, оставшееся до утра, мы коротали вдвоем. История Реники оказалась проста и незатейлива, и прекрасно объясняла, почему просил за девочку ее кузен — никого другого у Реники просто не было. Каруш, сын трактирщика, оказался ее последним кровным родственником, причем родство шло по материнской линии. При первом же упоминании самого трактирщика Реника вздрогнула и попросила не выдавать ее присутствие, обещая вести себя тише, чем мышь. Кажется, с неродным дядей она ладила плохо. Отца Реника не помнила, мать умерла около года назад, так что последнее время девочка жила с неродной теткой, которая не знала о ее Даре, поэтому тот приходилось скрывать.

— Это так тяжело, даана, — вздохнула Реника. — Если я его долго не использую, внутри словно мурашки начинают бегать, щекочут, сперва забавно, потом противно. И пока я не сделаю что–нибудь магией, не исчезают.

— Покажи, что умеешь, — предложила я. Реника огляделась по сторонам и остановила взгляд на дубовом столе, задвинутым в самый угол комнаты.

— Вам не будет жалко, если я его немного поломаю? — спросила с хитринкой во взгляде. Девочка оживилась и была, похоже, рада, что может перед кем–то похвастать своей необычностью, а не прятать ее.

— Если только немного. И бесшумно, — согласилась я.

Реника подошла к столу и положила ладонь на бок столешницы, закрыла глаза. Я внимательно следила за тем, что девочка делает: Нити она вызвать смогла, но использовала их странно. Хотя, если учесть, что ее никто не учил, вполне нормально — интуитивно, как маленький ребенок.

— Вот! — Реника убрала руку, и доска там, где лежала ладонь, осыпалась горстью трухи. Словно бы поработал трудолюбивый термит.

— Я у тетки так один старый сундук испортила, — пояснила девочка. — Приходила в чулан и понемногу сбрасывала мурашей. Она, когда увидела, не могла поверить: был такой крепкий, и за год превратился в труху! — Реника громко рассмеялась, потом, опомнившись, зажала рот ладонью.

Я покачала головой:

— Ты очень шумная для обещанной мыши. А не хватится тебя тетка?

— Она думает, я на полях, — махнула девочка рукой. — Там как раз наша очередь подошла.