Сногсшибательная Мэри (ЛП)

Небольшой кратковременный сон всегда хорош. Но дремать, держа Мэри в своих объятьях, — это просто обалденно.

— Я же говорил, что только немного отдохну, — шепчу я ей на ухо.

— Привет, — она протягивает руку и проводит по моим волосам, мягко касаясь моей щеки большим пальцем.

— Извини, что заснул на тебе. Но этот оргазм, — бормочу я в чернила её татуировки. — Я даже толком ничего не видел. И это всё, — я прижимаюсь губами к её шее, а потом проделываю длинную дорожку поцелуев вниз по этой кружевной полоске, — твоя вина.

Мэри смеется, и я чувствую это своей рукой, лежащей на её животе. Я вдыхаю и чувствую легкий запах ванили с кокосом. Часть меня хочет остаться с ней в постели навсегда. Просто так.

Но у другой моей части… есть планы.

Я наслаждаюсь нашими объятиями еще несколько секунд, а затем перекатываюсь на бок и протягиваю руку.

— Ты. Кухня. Сейчас же.

Мэри приподнимается на локтях над кроватью, и её рука скользит вниз между моих ног, мягко нажимая на мое бедро.

— Отдохни.

— Мне уже гораздо лучше. — Я даже не лгу. — Не знаю, что было в том креме, которым ты меня намазала. А может быть, все дело в твоих волшебных прикосновениях.

Она закатывает глаза и тянет меня к кровати, но я не двигаюсь с места.

— Это всего лишь арника, и в ней нет ничего волшебного. Говори, что хочешь, но травма не такая уж и пустяковая.

Я сгибаю своё бедро, и её руки немного сдвигаются вслед за моей ногой. Боль и спазм прошли.

— Я предпочитаю думать, что у тебя волшебные пальчики.

Вместо ответа Мэри слегка сжимает мою ногу.

Крепче взяв её за другую руку, я помогаю Мэри подняться с кровати и веду на кухню. Я чувствую её нерешительность, неуверенность.

Что ты задумал?

Я почти слышу этот вопрос в её осторожных шагах по голому полу. Я поднимаю Мэри на руки и прижимаю к краю обеденного стола так крепко, что она практически сидится на него.

— Ложись.

Секунду она колеблется, переводя взгляд с мёда на сахар.

— Парень должен есть, не так ли? — я переворачиваю бутылку с мёдом и позволяю ему стекать по горлышку к закрытой крышке.

Глаза Мэри расширяются.

— Ага.

— А я большой парень...

— Точно, — говорит она, глядя на мой член. И моё тело. — Да. Ты большой.

— Так что залезай на этот стол. Потому что, как я уже говорил, — я голоден.

Мэри ложится на дубовую столешницу и придвигается к краю, упираясь руками и скользя по ней всем телом. Сначала она держит голову поднятой, наблюдая, но когда я открываю крышку бутылки с мёдом, она опускает её, и я слышу тихое, совершенное и взволнованное:

— Боже. Мой.

Я начинаю с её рта и лью несколько капель между её приоткрытыми губами. Затем я наклоняюсь и целую её, собирая сладость с её губ, пока Мэри вновь не становится жадной, разогретой и нуждающейся. Такой, какой она мне нравится.

Затем, проведя пальцем по её животу, я двигаюсь к киске. Я раздвигаю губы пальцами, обнажая её клитор. Она вздрагивает, и я спрашиваю:

— Готова?

Прежде чем Мэри успевает ответить, у неё перехватывает дыхание, и она нервно сглатывает.

— Да. Готова.

Я улыбаюсь про себя, глядя, как она сжимает столешницу своими маленькими пальчиками, готовясь к холоду.