Разлучи нас, смерть! (СИ)

Если тебя столько лет считают шлюхой, то, наверное, рано или поздно ты ею и станешь…

Через неделю Астон опять затребовал Джейсона к себе — на этот раз во Франкфурт. Там он пробыл буквально три дня, перебравшись потом в Женеву. Джейсону казалось, что он скоро свихнётся от этих бесконечных перелётов и переездов.

В Женеве у Астона были запланированы какие-то долгие встречи и обсуждения с Гэри Рипли. Джейсон не знал толком, что за дела у них были. Рипли много лет был клиентом Астона: сначала его хеджевого фонда, потом банка. Он предпочитал отдавать управление собственным капиталом в чужие руки — гораздо более профессиональные в этом отношении, чем его. Также Джейсон предполагал, что с помощью хитрых финансовых схем Астона Рипли удаётся существенно сократить налоговые выплаты. Эти двое, видимо, неплохо поладили, так как их взаимовыгодное сотрудничество ещё более укрепилось два года назад: компания Астона стала консультировать корпорацию Рипли по вопросам стратегического планирования, оттеснив от этих задач ни много ни мало как «Accenture».

Встречи Астона с Рипли проходили за закрытыми дверями, куда изредка допускался кто-либо из самого ближайшего круга вроде ван Бредероде. До Джейсона доходили лишь отголоски, ему поручали подготовку только самых незначительных документов — Астон, по вполне понятным причинам, доверял ему уже не так безгранично.

У Рипли был свой дом где-то недалеко от Лозанны: его брат был частым гостем швейцарских реабилитационных клиник, и покупка виллы на берегу Женевского озера стала не столько данью моде, сколько необходимостью.

Джейсон все эти дни наслаждался чуть ли не каникулами: Астон почти совсем не загружал его работой, в приёмной дежурили в основном Брент и мисс Мецлер, а дипломный проект был дописан и сдан. Что самое замечательное: в доме в Колоньи не было ни Камиллы, ни Астона — тот подолгу находился в офисе. Прислуги тоже было необычно мало. Дом опустел и затих.

В один из дней с утра позвонил Брент и сказал, что Рипли не может приехать на встречу днём, поэтому будет ужинать с Астоном у него дома в семь вечера. Дела они обсудят после ужина. Естественно, это было не просто уведомление: от Джейсона теперь требовалось организовать всё в особняке, раз уж он там отсиживался. Это заняло у него не так много времени: надо было предупредить охрану, прислугу, повара, а также проследить, что они все сделают правильно.

В половине шестого, когда времени до приезда Астона и Рипли оставалось ещё предостаточно, Джейсон сел за фортепьяно в одной из гостиных: оно было старым, начала двадцатого века, но с замечательным звуком. Единственным минусом было то, что оно довольно быстро расстраивалось, но Джейсон не стеснялся регулярно вызывать настройщика. В случае любых претензий со стороны Астона или Камиллы по этому поводу он всегда мог сказать, что за этим же инструментом занимается София. Вообще он испытывал сострадание к почти уже антикварному фортепьяно, на котором семилетняя девочка не особо нежно и бережно разучивала гаммы.