Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

Том затушил окурок о дно пепельницы, потом забрал недокуренную сигарету у Нины и забычковал. Чтобы потом, если вдруг сигареты кончатся, докурить ее — все назло матери! Затем он запустил пальцы ей в волосы и нежно поцеловал в губы.

— Но все равно, сука-бля, не понимаю, — решил он высказать возникшую во время поцелуя мысль. — Говоришь, что все это впервые. А как же твой шмаровоз Декстер? Ты же вышла замуж за него. Вроде даже дважды? Так ведь?

— Так, — вздохнула Нина, опустив взгляд.

— Так и нахуя ты это сделала? Разве к нему чувств у тебя не было? — непонимающе приподнял Том шрамированную бровь.

— Конечно нет! О чем ты? Он же… Он же хуев мудак! — всплеснула руками Нина.

— Тогда я, сука-бля, нихуя не понимаю…

— Я и сама не понимаю, — закрыла лицо ладонями Нина. — Все сложнее, чем кажется. Я… Я чувствую себя бабочкой, угодившей в паутину. И мне никак не выбраться! Только сейчас, когда он потерял память, у меня появилась надежда, что наконец смогу жить свободно.

— Послушай, Нина, — просунул сержант одну руку ей под шею, притягивая к себе, второй — убрал ее ладони от лица, и заглянул в глаза. — Давай я, сука-бля, разберусь с этим петушарой. Чтоб он больше не трогал тебя. М? Только скажи, и я сделаю.

— Не надо. Не стоит его трогать вообще. Уехал в свой санаторий — и пусть. Я буду просто надеяться, что он ничего не вспомнит и оставит меня в покое…

— Нет, я, сука-бля, серьезно. Давай разберусь, — прижал Харди ее крепче к себе и потерся щекой о светлые волосы.

— Нет. Я просто не хочу больше ничего о нем ни слышать, ни видеть его. Просто хочу забыть обо всем этом, — отрицательно покачала головой Нина. — Я думаю, ты прекрасно можешь мне в этом помочь. М? — улыбнулась она уголком рта и посмотрела на него с озорной искоркой в глазах.

— Да? И как же? — подался он вперед и поцеловал в плечо.

— Ну не знаю… — подняла взгляд к потолку Нина и стала накручивать локон на палец. — Заполнишь пустоту внутри меня? Мм?

— Мхм… — промычал Харди, с восхищением глядя на ее тонкую шею и изящные ключицы.

— Кстати, знаешь что? — резко поднялась Нина и нежданно-негаданно оседлала Тома сверху, продолжая одной рукой придерживать простынь на груди. — Мне кажется, тебе было бы хорошо с волосами, — положила она свободную ладонь на лысину Тома и потрепала воображаемую прическу. — Ты и так милый, а был бы еще милее, — лукаво прищурила глаза. — Мой милый, милый сержант Том… — положила она обе руки ему на грудь и провела кончиками пальцем вниз, тем самым отпустив простыню.

Сержант шумно выдохнул и положил руки ей на бедра.

— Я какое-то время ходил с волосами… — ляпнул невнятную хуйню Харди залипнув… Ну нет! Не на сисечки! На ключицы! Так же нет-нет да забился в агонии умиления. Она трижды за раз назвала его милым! Не это ли то счастье, к которому он так долго шел? Осталось теперь только научиться дышать и дело в шляпе.

— Отпустишь немножко? Очень бы хотелось посмотреть, — взяла его за подбородок Нина и приподняла, дабы установить визуальный контакт.

— Могу отпустить, — бредил Том, посмотрев ей в глаза опьяненным взглядом, а член в штанах постепенно начал твердеть, посылая хозяину импульсы, что никакой отдых ему не нужен и он готов ебать эту клубничную девку дальше. — Прямо сейчас и приступлю, сука-бля…

— Нууу… — прикусила кончик пальца девушка, наигранно-задумчиво покосившись на потолок. — Думаю, сейчас тебе бы стоило приступить к чему-то другому.

— Например? — продолжал ослепляться любовью Харди, не понимая ничего вокруг!

— Дело в том, что прошлого раза мне не очень-то и хватило, если ты понимаешь, о чем, сука-бля, речь, — спародировала фирменный еблет сержанта Нина, разведя ладони в стороны.

«Послушай, Том! — очухался Харди, которого от подобного заявления не то что обухом по голове ударило — лопатой! — Шкура-то не кончила! Сука-бля, это провал! Если ты не сможешь ее удовлетворить, она непременно кинет тебя, разочаровавшись в тебе, как в мужике. Да и вообще, это пиздец же стремно выходит, ты же хотел ее осчастливить, так давай, делай уже что-то! Сделай ей приятно», — дал он себе установку.

— Мм? — переместил он ладонь с ее бедра и остановился между ног.

— Мхм, — согласно промычала она, не отрывая от сержанта вожделенного взгляда.

Пальцы Тома с присущей им наглостью проникли в щелку и медленно, но верно, стали творить там свой беспредел. Большой вновь нащупал клитор, нарочито медленно надавил и принялся производить круговые движения. Указательный же, не понимая куда ему деться, проник во влагалище и немного надавил на внутреннюю стенку, но шевелиться больше пока не спешил. Нина выдохнула через нос, утробно застонала и прогнула спину, слегка откинув голову назад. Приметив ее реакцию, Том ощутил над девушкой власть и понял, что сейчас все, что будет происходить с ней, находится только в его руках и не в чьих больше. О, сержант Харди, ты — власть! Но от чего-то Тому вдруг удумалось подразнить ее и не дать кончить. Не зря же говорят, что чем дольше ждешь, тем слаще встреча? Так почему бы, собственно говоря, не потомить ее сейчас?