Прайм-тайм для нечисти

– А ты та еще проныра, знаешь? – стрельнул глазами он.

– Мне говорили, – даже выдохнула с облегчением. С этим уже можно работать. Живем! – И все же?

– Не была, – неохотно сказал он.

– И-и-и? – мне из него клещами придется все вытягивать?

– Кристина давно подпитывается от постояльцев, кусает двух-трех за ночь, потом применяет вампирское внушение и заставляет забыть. У кого здоровье послабее, умирали скорее, у кого покрепче – позже. А смертность стариков ни у кого не вызывала подозрений. Если бы не бывалый вояка, – Даниил поморщился. – Старик имел хорошие связи, смекалистый. Заявил в полицию, что здесь происходит что-то странное, но ему никто не поверил. Кристина же, видимо, заподозрила, что он за ней следит, и убрала мужика… да так неаккуратно получилось. Мы как стали жертву проверять, нашли по базе заявление, ну и… сама понимаешь.

Я кивала, да на ус наматывала, а он, знай себе, так спокойно обо всем этом говорил, словно о погоде!

Громов промыл мне рану антисептиком и заклеил пластырем.

– Вот и все. До свадьбы заживет, – он провел костяшкой пальца по моей ключице. – Ты-то здесь какими ветрами? Едва все расследование нам не испоганила.

Я поежилась, опустила голову и тут же стянула ворот футболки. Горловина была здорово разорвана! Вещица держалась на одном плече и честном слове. Видимо, Кристина порвала, когда цеплялась за меня.

– Журналистскими, – Громов на мой ответ лишь губы недовольно поджал. – Я же говорила, что у меня расследование.

– Ты не должна была вмешиваться, – строго припечатал он. –  Это опасно! Я же предупреждал, чтобы держалась подальше от на..!

Предупреждал он, надо же!

Я покачала головой. Ну да, чего сейчас уже жалеть? Сделанного не воротишь.

– Ты понимаешь, что появись мы на несколько минут позже и…– надрывался возмущением он.

– Ну не появились же! – остановила я его от рассказа очередных ужасов.– Все закончилось хорошо.

Хватит! Наелась я этой сверхъестественной жути по самое горло! Больше ни-ни!

Даниилу явно не понравилось, что не дали поездить мне по ушам с очередной нотацией. Несколько минут мы молчали, а потом он предложил:

– Такси тебе сейчас вызову, – и сказал это так, словно диагноз мне поставил, с которым спорить вообще бесполезно.

– Угу, – скисла я.

– Прости, что сам отвезти не могу, там Андрюха и…

– Я понимаю.

Вот и поговорили.

Желтобокое такси с шашечками подъехало через десять минут. Видать, было поблизости. Мы прождали его в салоне автомобиля Куликова в очень неуютной тишине. Во многих окнах геронтологического центра загорелся свет, у стариков сон чуткий… Еще три машины сотрудников полиции прибыло для разборок.

Я кусала губы, смотрела на загадочный, суровый профиль Громова и подыскивала нужные слова. Меня странно тянуло к этому мужчине, но, как и что ему сказать, вообще не понимала.

Так и не нашлась для разговора. Да и Даниил не спешил строить мост между нами, лишь иногда подолгу взгляд не отводил. И в его глазах мне чудился самый что ни на есть настоящий мужской интерес вперемешку с… яростью?