Война - дело молодых (СИ)
- Автор: Луконина Олеся Булатовна
- Язык: русский
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Война - дело молодых (СИ)». Краткое содержание книги:
лучше башкой постучи, дура, дура, дура
Господи, ну надо же так по-идиотски попасться
Она сама села к Ахмаду в машину, нацарапав только наспех записку мальчишкам: "Артур опять нашёлся, он ранен, еду к нему, вернусь утром", потом отключилась, потом очнулась уже в этой комнатке с глинобитными стенами, прочно запертой снаружи.
вот горшок пустой, он предмет простой, он никуда не денется
а потому горшок пустой гораздо выше ценится
А в маленьком окне уже полыхал закат. Стояли горы - кажется, даже какие-то чужие.
На её крики и стук в дверь никто не отзывался, хотя со двора изредка доносились женские голоса, звяканье дужки ведра, плеск воды, мычание коровы.
ехал Ваня на коне
вел старушку на ремне
(очень актуально)
ну а кактус в это время веселился на окне
(вот сволочь)
Щёлкнул замок. Вошел Ахмад, запер за собой дверь, молча встал напротив, глядя на неё пристально.
Волк.
А она - тупая овца на заклание.
Да какое там заклание? Просто - на шашлык.
мы бедные овечки, никто нас не пасёт
И тут её охватила такая злость на себя и на этого неумолимого, одержимого зверя, что она перестала подбирать слова - лишь бы они лились, потому что только это ещё могло его удержать. Пока ему не надоест, конечно.
- Дукха вехийла, долгой жизни, прекрасный принц! А где поднос?
- Какой ещё поднос? - спросил он после паузы.
- Ну как же? С фруктами, вином, тем-сем! Забыл? "Кавказская пленница", товарищ Саахов... "Ничего не сделал, а? Только вошёл!"...
Ахмад усмехнулся:
- Хочешь есть?
- Нет, я на диете!
идём направо - песнь заводим, налево - сказку говорим
Она тряхнула головой, ёрничать уже не было сил:
- Как ты мог? Ну как ты мог? Ну зачем?
- Суна хьо дукха еза.
ты нужна мне
ну что ещё?
Она наконец захохотала.
- Утром придёт мулла, - добавил Ахмад спокойно.
- Вот спасибо, милостивец! Утешил! Знаешь анекдот? - Слёзы всё-таки брызгали из глаз, она смахивала их яростно. - Петрович, а я твою Машку того... Ну раз того, тогда женись. Да нет, я её трактором переехал...
Она прижала ладони к лицу, потом резко отбросила их.
- Тебе, значит, всё равно, что я гIазкхи (русская), неверная? Что я уже слишком старая, чтобы тебе родить? Что я... ведьма, наконец?
- Суна хьо дукха еза, - повторил он с силой.
- Нужна, значит? Ну давай тогда, не стесняйся, справишься быстро, ну а дальше-то что? Ты что, не понимаешь, что я тебя возненавижу?
- А может, ты меня полюбишь?
ого!
даже так?
- Логично, - помолчав, она встряхнула головой. - А если нет? Я же сама изведусь и тебя изведу!
- А ты... могла бы меня полюбить?
а как известно, мы народ горячий
и не выносим нежностей телячьих
Не шутит.
Она сползла вниз по стене, чувствуя лопатками каждую выбоинку, сказала почти шёпотом:
- Ца хаа суна. Не знаю. Ты... - Она запнулась.
- Ну, говори. - Он тоже присел на корточки у противоположной стены, глядя ей прямо в глаза.
- Я хочу... подумать. Можно мне подумать?
- И долго?
Понял.
да что же это?
Она прикусила губу.
- Может быть... год?
- Так меня же убьют за год, Бешеная, - Ахмад усмехнулся, не сводя с неё напряжённого взгляда.
Она опустила голову, прячась от этих глаз.
- Не убьют. Правда. Дала мукълахь.
если будет на то воля Божья
- Ещё что?
- Если я попрошу... ты сделаешь?
- Ты говори, говори... - В его голосе всё ещё звучала усмешка.
пилите, Шура, пилите
Она прямо взглянула ему в лицо: