Великие князья Владимирские и Владимиро-Московские. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период с 1238 по 1505 г.

Иван Данилович возвращался из Новгорода чрез Торжок; в это время Литва «на миру» воевала Новоторжскую волость: великий князь послал на Литовскую землю свои рати, которые сожгли литовские города: Осечен, Рясну и др. Прибыв в Москву, он пригласил к себе новгородского владыку Василия, посадника, тысяцкого и новгородских бояр «на честь», по выражению летописи, т. е. на угощение с целью, так сказать, отплатить за хороший прием, оказанный великому князю в Новгороде[196].

Но доброе согласие между великим князем и Новгородом вскоре было нарушено первым: в 1336 г. Калита отправился в Орду и, возвратившись оттуда, в 1337 г. послал рать, против крестного целования, на Двину за Волок, в Новгородскую область; целью похода было, конечно, обогащение, потому что казна Калиты должна была истощаться от частых поездок в Орду. Но поход был неудачен: московские ратные люди «посрамлени быша и ранени»[197].

Вскоре заботы и внимание великого князя должны были направиться в другую сторону, в сторону Твери. Александр Михайлович, обезоружив хана полной покорностью его воле, вышел из Орды в 1338 г., пожалованный его отчиной, Тверью. Он вызвал из Пскова жену и детей и вообще вступил в Твери в полные права хозяина, которые скромный и, как видно, миролюбивый Константин и не думал отстаивать, тем более что он был младший брат[198]. Теперь Калита хорошо видел, что ему не ужиться в мире с тверским князем. Еще в прошлом, 1337 г., когда Александр посылал к хану сына своего Федора, тверской и московский князья — как замечено в летописи — «не докончаша и мира не взяша»[199]. В то же время начинаются отъезды тверских бояр в Москву, как думают наши историки, из-за местничества[200]. Притом среди удельных князей росло недовольство, и они, вероятно, склонялись на сторону тверского князя: Калита слишком бесцеремонно хозяйничал в уделах Суздальской земли, чтобы не возбудить в их владыках негодования против себя. Так, в Ростове распоряжался боярин Ивана Калиты Василий Кочева, вмешивался во внутренние дела Ростова, обирал жителей и т. и.[201] Князья других уделов были, вероятно, так же притесняемы: мы увидим, что даже зять Ивана, Василий Давидович Ярославский, был против великого князя и, кажется, на стороне Александра Тверского.