"Диссертация" лейтенанта Шпилевого

Так и случилось. Когда возле моего дома появились Чернявый, почти все сомнения относительно Трубникова отпали. Как известно, нервы у него не выдержали, и он был разоблачен. На допросе он все время сокрушался:

— Подумать только! Какая-то случайность, мелочь спутала все наши карты. Если бы не зеленый лейтенантик, которому вдруг вздумалось узнать о подвиге Петрищева, операция прошла бы успешно.

— Это не случайность, — ответил ему Танюшин. — В данном случае ваши карты спутал лейтенант Шпилевой, в другом — это была бы медсестра, или рабочий завода или служащий учреждения. Более того, мы ни одного своего героя не забыли и не забудем. Если есть еще подвиги, неизвестные советским людям, то мы о них узнаем. Могу вас в этом уверить.

Вот и вся история.

Галка вышла из больницы, и я скупил все цветы в городе, когда ходил встречать ее. Это был самый счастливый день в моей жизни. Во-первых, Галка снова была со мной, а во-вторых, в этот день открыли памятник Матвею Петрищеву.

Было очень торжественно. При огромном стечении народа в строгом молчании замерли колонны моряков. Группа ветеранов Великой Отечественной войны подошла к памятнику и, медленно сняв покрывало, обнажила на постаменте поблескивавшие золотом слова: