Благословенный год. Том и Кэти

- Хорошо, - быстро сказала она. - Понятно, почему так шумно. Вы не хотели бы взглянуть, что уже сделано?

- А что насчет Тома Физера?

- Его сегодня не будет. Мы решили разделиться, потому что не успеваем. Ничего, если с вами сегодня буду только я?

Она выглядела усталой и опустошенной. Неожиданно он похлопал ее по руке.

- Все хорошо, Кэти, - произнес он.

- Мам, я действительно перед тобой в долгу, - проговорила Кэти, без сил падая на кухонный табурет в Джарлате.

- Да перестань, дочка, дети просто не дают твоему папе пойти к букмекеру, - сообщила Лиззи, разливая чай.

- Ты хочешь сказать, что он занимается ими весь день?

- Ну да, вот в зоопарк ходили… Представляешь, они никогда не были в зоопарке.

- И па повел их туда на свои деньги?

- Видимо, вчера он сорвал неплохой куш.

- А сегодня они хоть чему-то еще научились?

- Не так чтобы очень… Кэти, ты только перед Митчеллами не отчитывайся, хорошо?

- Где дети?

- Рисуют. Молча.

Мотти дал им бумагу, чтобы они смогли нарисовать животных, которых видели в зоопарке. Саймон изобразил десяток змей и подписал под каждой имя. Мод нарисовала шесть сов.

- Мотти сказал, что не видит проблем в том, чтобы завести дома сову, - порадовала она Кэти.

- Да ну? Может быть, он сумеет объяснить это твоим родителям, когда они вернутся домой?

- Они могут не вернуться вообще, - порадовал Саймон. - Но Мотти сказал, что со змеями могут быть проблемы.

- Правильно. Но скажи мне, Саймон, что ты имел в виду, когда сказал, что они могут не вернуться вообще?

- Ну, папа куда-то совсем пропал, а у мамы с нервами сильно не в порядке.

- Ясно.

Кэти вернулась на кухню к матери.

- Что мне делать, мам?

- Скажу тебе вот что. Пару дней - это еще куда ни шло, а потом у тебя будут проблемы с этими детьми. Видишь ли, это ее смущает… как и многое другое.

- Что ты имеешь в виду, мам? Что другое?

- Ну, я тебе уже тысячу раз говорила, что все началось с этого твоего бизнеса. Такие люди, как она, ждут, что ты будешь им благодарна за свой удачный брак. Ты должна сидеть дома и быть примерной женой Нилу.

- Мам, ради бога.

- Нет, выслушай меня еще разок, Кэти. Я не такая легкая на подъем, как ты, и не так хорошо образованна. Я, может, и не умею общаться с людьми так, как ты, но я знаю людей. Я мою им полы, слушаю, о чем они говорят… Они не такие, как мы, а мы отличаемся от них.

- Мы намного лучше их, мам. - Кэти сузила глаза.

- Не начинай, пожалуйста…

- Это ты первая начала, мам. Скажи мне, что хорошего в этой старой корове Ханне Митчелл, которая зонтиком указывает тебе на грязь под ножками стульев, заставляет ползать на карачках, выкидывает чайные пакетики в раковину, которую ты только что помыла, пачкает чистые полотенца, которые ты постирала. Скажи мне о ней что-нибудь хорошее, хоть что-нибудь хорошее о женщине, которая даже двух несчастных детишек не может взять в семью, хотя они ее родня.

- Ш-ш-ш, Кэти, говори потише.

- Нет, я не собираюсь говорить потише! Я ненавижу эту женщину за то, что она отвернулась от них, я презираю ее мужа… в конце концов это же его плоть и его кровь! Я знаю, эти детишки - монстры, неумны, невоспитанны и прочее, но все же они дети и не виноваты в том, что от них все отворачиваются!