![Небесная голубизна ангельских одежд [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/0/6/5/3/nebesnaya-golubizna-angelskih-odezhd-litres-download.jpg)
Небесная голубизна ангельских одежд [litres]
- Автор: Осокина Елена Александровна
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 978-5-4448-1085-9
- Жанр: История искусств
Электронная книга - «Небесная голубизна ангельских одежд [litres]». Краткое содержание книги:
Не только личная и профессиональная связь с Третьяковской галереей, но и то, как Щекотов понимал икону, определили его отношение к иконному собранию Исторического музея. Щекотов новаторски считал икону произведением искусства, из чего следовало, что место ей – в художественной галерее, а не в историко-бытовом или археологическом музее, каким в то время представлялся Исторический музей. Еще в начале 1919 года на самой первой музейной советской конференции в Петрограде в Зимнем дворце, который тогда по-революционному назывался Дворцом искусств, Щекотов, в то время член Всероссийской коллегии по делам музеев и охране памятников искусства и старины, сделал доклад о создании художественного национального музея. Он настаивал на том, что такой музей живописной культуры должен быть создан на основе Третьяковской галереи. После всего сказанного стоит ли удивляться, что Щекотов требовал ликвидации иконного отдела ГИМ и не стал препятствовать передаче шедевров древнерусского искусства в Третьяковскую галерею? Его поведение на январском судилище в Историческом музее в 1929 году, таким образом, не было странным, напротив, оно было логичным и закономерным. АХРРовец Щекотов, потерявший интерес к исследованию русской иконы, тем не менее оставался верен революционному открытию своей молодости.
В Историческом музее никто открыто не встал на защиту Анисимова и его отдела, однако у икон защитники все-таки нашлись. Завотделом нумизматики ГИМ Алексей Васильевич Орешников и замдиректора по просветительской работе Анна Мартыновна Бирзе[200], как и другие, промолчали на позорном судилище 29 января, но весной и летом 1930 года, участвуя в отборе икон для ГТГ, пытались сохранить лучшие иконы для своего музея. Свидетельством этого служат записи в дневнике Орешникова (выделено мной. – Е. О.):
30 (17) мая. +12°. Сегодня с утра «Третьяковка» должна была брать из Музея отобранные иконы; третьего дня я говорил Милонову[201], что невозможно многих икон отдавать, в ответ он назначил комиссию из меня и Бирзе, которая должна была решить, что не отдавать. Сегодня, когда я пришел, Бирзе сказала, что она не пойдет, просила быть мне одному. От Третьяковки главным был Гамза[202], очень возмутившийся мной, который не отдал многих вещей, пригрозил, что будет жаловаться Главнауке на меня, не исполняющего предписания правительства, я ему ответил, что доносить он может, но я интересы Музея должен соблюдать и против насилия не пойду, т. к. это бесполезно; 4 июня (22 мая). +5°. С утра я разбирал с Милоновым и Бирзе те иконы, которые я не отдал Третьяковской галерее; Милонов настаивал отдать все, что требовала Третьяковка, я защищал, Бирзе меня поддерживала; просмотрев 42 иконы, я ушел, явился Гамза, с которым без меня Милонов говорил, чем кончились их разговоры – не знаю; 14 (1) июня. +16°. Явился Милонов, попросил отпустить в Третьяковскую галерею иконы, я было отказывался, но он сказал, что других специалистов нет; я согласился отпустить 100 икон, а более я устаю, так как приходится каждую икону брать в руки, осматривать, диктовать причину, почему я оставляю икону и т. д.; однако отпустил до 150 икон, из них 40 с чем-то оставил в Музее, остальные в Третьяковскую галерею; 21 (8) июня. +10°. С 11 ½ до 2-х шло собрание с Милоновым и Бирзе; главный вопрос был: требование Третьяковской галереи отдать ей иконы Владимирской Божией Матери, Донской, «Спас златые власы» и Архангела Гавриила; требования предъявил Гамза, ему энергично возразила Бирзе, отстаивая все 4 иконы; на вопрос Милонова – почему иконы нужны Музею – кто-то, кажется, Протасов, сказал, что они важны в антирелигиозном отношении, что очень понравилось Милонову, и он решил их оставить. Гамза был обижен резкими замечаниями против Третьяковки и, рассерженный, ушел, сказав, что сообщит все Сектору науки (бывшая Главнаука)[203].
200
А. М. Бирзе (1892–1939?) – художник, искусствовед, медицинский работник. Окончила Рижскую школу живописи и рисования, студию академика Розенталя в Риге (1913), женский медицинский институт Станкевича и Изачина (1919), 1-й МГУ (1923). Член РСДРП(б) с 1914 года. До 1917 года работала в Риге переписчицей в адвокатской конторе, чернорабочей на иголочной фабрике, киномехаником. В Первую мировую войну была помощницей лекаря амбулатории санитарного отдела Московского латышского комитета. Работала начальником эпидемического отряда Латышской стрелковой дивизии (1918–1919), затем директором Музея изобразительного искусства и художественной промышленности им. Луначарского Бауманского совета Москвы (1919–1922), зам. зав. Московским губернским управлением по делам литературы и издательств (1922–1928), зав. художественно-идеологической частью редакции «Малой советской энциклопедии» при Госиздате (1925–1928), а с 1927 года ответственным редактором книгоиздательства Ленинградского общества драматических и музыкальных писателей. С марта 1929 по февраль 1932 года сотрудник ГИМ: член правления, зам. директора по просветительной работе, с 15 августа по 1 октября 1929 года – и.о. директора ГИМ (на время отпуска П. Н. Лепешинского), с марта 1931 года – зав. учетно-распределительным отделом ГИМ. В 1930 году командирована на Северный Кавказ, в Закавказье и Крым; в связи с этой работой подготовлено «Руководство по закупке антикварно-художественных предметов экспортного значения на внутреннем рынке РСФСР». После увольнения из ГИМ была директором НИИ кустарной промышленности, а в 1933–1938 годах директором Государственного архива феодально-крепостнической эпохи. 7 мая 1939 года снята с партийного учета (причина не указана), сведений о дальнейшей судьбе нет. Биографию см.: Дневник Орешникова. Кн. 2. С. 637.
201
Милонов Юрий Константинович (1895–1980) – советский партийный деятель, администратор, историк техники, профсоюзного движения. Родился в Нижнем Новгороде в семье банковского служащего. В партию большевиков вступил в 1912 году, будучи гимназистом. Октябрьскую революцию встретил комиссаром Самарского ревкома. После установления советской власти занимал руководящие партийные и административные посты в Самаре. От товарищей по партии получил такую характеристику: «К практической работе не пригоден из‐за теоретических рассуждений». Учтя это, президиум губкома партии в мае 1921 года назначил Милонова ответственным за преподавание общественных наук в Самарском рабоче-крестьянском университете. В октябре 1921 года отозван в Москву, где работал ученым секретарем Главполитпросвета, затем зав. отделом истории профдвижения ВЦСПС. С января 1927 года – на работе в ГИМ, с ноября 1930 по октябрь 1931 года – директор ГИМ. Именно Милонов осуществлял перестройку экспозиции в Историческом музее на марксистских принципах. Сталинский «каток» прошелся и по его судьбе. В апреле 1938 года Милонов был арестован и приговорен Военной коллегией Верховного суда СССР к 10 годам тюремного заключения. С 1939 по 1956 год находился на Колыме. В 1956 году реабилитирован, в декабре вернулся в Москву, восстановлен в партии. С мая 1957 года – персональный пенсионер союзного значения. См.: Дневник Орешникова. Кн. 2. С. 612–614.
202
Гамза (Гамзагурди) Ярослав Петрович (1897–1937). Интересный профессиональный путь прошел этот человек: ремесленное училище, столяр (1909), три класса Коммерческого училища (1911), чернорабочий, кочегар, помощник машиниста (1911–1915), затем революционная деятельность в рядах эсеров, военная служба в кавалерии царской, а затем Красной армии (1915–1922), лектор на антирелигиозные темы (1922–1928), член Центрального совета Союза безбожников, активный участник съездов Союза в 1925 и 1929 годах. Затем помощник хранителя и хранитель музея бывшей Троице-Сергиевой лавры (1928–1930). В 1930–1931 годах научный (!) сотрудник Третьяковской галереи, зав. группой, работавшей над экспозицией искусства эпохи феодализма. В 1931 году уволен из ГТГ за невыполнение плана работы отдела. Переехал в Ленинград, был зав. отделом древнерусского искусства Русского музея, лектором. Арестован в 1937 году по обвинению в участии «в диверсионно-шпионской организации», расстрелян. Недостаток профессиональных знаний у этого человека возмещался энергией и всесокрушающим напором. Видимо, не случайно Третьяковская галерея направила именно его в Исторический музей «выбивать» иконы (Гладышева Е. В. Указ. соч. С. 507, а также см.: Дневник Орешникова. Кн. 2. С. 637–638).
203
Дневник Орешникова. Кн. 2. С. 435, 436, 438–439.