Каждый выбирает для себя [calibre 5.28.0]

– Бонапарт Наполеон. – Катерина не стала рассказывать лебедю, что Наполеона сгубила идея захватить Россию, и что именно победа русских войск над его армией сделала повелителя всей Европы жалким пленником.

Лебедь задумался. Склонил голову на бок, прислушиваясь к звучанию имени. И решительно заявил: – Так меня и зови! Наполеон! Очень красиво!

Катерина даже зашла так далеко, что позвала Гуслика и попросила его теперь звать этого лебедя Наполеоном. Гуслик удивился, но согласился. Правда, выговорить имя не смог, и назвал бывшего Задохлика Наполем.

– А что? Наполь, это значительно лучше Задохлика! – думала Катерина, пробираясь обратно к Дубу.

Под Дубом её ожидали измученные от неизвестности мальчишки и Ратко.

– Ну? Рассказал?

– Да. Погоди, я только запишу, а то забуду ещё. – Катерина быстро записала сказку. И устало закрыла глаза, но только на минуту. – Так, а где Жаруся?

– Вон она! – Ратко показал разгорающееся с востока сияние.

Жаруся летала на разведку и нашла в засаде на вершине Каменного холма Наину. Она не стала себя обнаруживать, а парила в солнечных лучах совершенно невидимая для мерзкой старой ведьмы. И была вознаграждена.

– У Наины там куча ходов. То ли она нарыла, то ли были они там. Не знаю. Я сама змеицу случайно увидела. Я бы её спалила, но не уверена, что она не успеет нырнуть в какую-нибудь нору. Ну-ка девочка, давай мы посмотрим зеркальцем.

Катерина и Жаруся внимательно осмотрели пещеры и ходы на вершине холма, куда ныряла змеица. И на саму налюбовались. И даже увидели, как она оборачивается.

– Гляди, кольцо у неё черное! Вон оно как! На правую руку одела – стала змеей. Сняла – мерзкая ведьма. И не знаешь, что лучше. – оценила Жаруся.

Она радостно рассмеялась, узнав, что Катерина узнала, что там у холма за сказка спит. – Вот и надежда появилась. Хотя, конечно, сложно будет. Сказка старая, туман может долго уходить, Волк будет просыпаться ещё дольше. А сверху эта мерзость будет караулить, но я её саму покараулю. И, да. Катюша, лешие это тоже очень твари своеобразные. Шиши их родичи, кстати. – Жаруся многозначительно глянула на Катерину. Та сразу вспомнила шишигу и скорчила рожицу.

– Правильно. Не симпатичные они ни разу, и характер плохой! – кивнула ей Птица.

Катерина вызвала Сивку. Он прискакал беззаботный, а узнав, что произошло, гневно поднялся на дыбы и грянул громадными копытами о землю так, что в окрестных рощах поднялись птицы, и тревожно крича, закружились в небе. – Мерзкий карлик! И поганая ведьма! Они доигрались! Это уже перебор!

– Не шуми! Вызови братьев, вылетаем ночью. Катюше и мальчикам надо зайти в туман незаметно. – скомандовала решительная Жаруся.

– А как? Если там эта погань Наина кольца вьет?

– На рассвете черные крылатые змеи слепнут, в последние минуты ночи они почти ничего не видят, ты же знаешь. Поэтому, мы потихоньку опустимся, Катя и мальчики пойдут вниз, а мы улетим. И будем следить за Наиной. Как только она покажется на ровном месте, ей не сдобровать!