Не герои
- Автор: Козырев Виктор Алексеевич
- Серия: Вигиланты #1
- Язык: русский
- Жанр: Городское фэнтези
Электронная книга - «Не герои». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
— Сам сказал, чтобы побольше тары взяла, — пробурчала Яна. — Потому что для такой упоротой наркоманки, как я, мухоморов не напасёшься.
Цитирует меня, значит. Ладно. Я вздохнул и, сунувшись в кладовку, извлёк пару старых, но объёмных рюкзаков.
— А корзинки самые большие возьмём в руки. Пошли.
И мы потопали по тропинке от нашей усадьбы в лес, к которому она примыкала. Настоящий лес, между прочим. Начинался у нашего дома и тянулся аж до соседнего района. Для индустриальной части Урала это— весьма неплохо. Красивый такой, смешанный, и не урочище мрачное, а вполне себе светлый, вот даже звёздное небо с луной видны. Берёзы, ели, сосны, липы, ещё какие-то деревья, чьих названий я не знал. Надо бы сюда Аришку вывести на ночную прогулку. Ей понравится, да и давно мы не гуляли: забот слишком много.
— А почему мы ночью грибы собираем? — спросила Яна.
— Так надо. Думаешь, с обычных мухоморов даже со способностями можно словить такие отчётливые видения будущего? Плюс, опять же, целительский бонус, небольшой, правда. Короче, надо собирать это всё в полнолуние. Иначе не тот эффект будет.
Мы прошли ещё глубже в лес и нашли первую делянку.
— А можно спросить? — Яна какая-то слишком разговорчивая сегодня.
— Валяй!
— А почему ты ко мне отцовские чувства испытываешь?
— Ёпть! Я что, телефон не отключил, когда ты звонила?
— Нет. Я это видела. В своих видениях будущего…Ты стоял в каком-то баре или клубе, рядом был Гарри и какой-то твой давний друг, который в тебя был влюблён? Он что?
— Ага, это Лерочка, подруга юности. Голубее него только небо.
— Ну вот. Вы там стояли и говорили. Я видела через два дня после твоего отъезда в Среднеокск.
— А, тогда ладно, а то я там наговорил всего разного. Ну испытываю такие чувства, да. Не знаю почему.
С этими словами я повернул её к себе и посмотрел в глаза. Тёмно-карие. Смотрят насторожено. Бледная кожа. Волосы покрашены в чёрный цвет, а губы— в какой-то тёмной помаде. Несмотря на это всё, выглядела она сущим ребёнком. Сколько же ей лет? Если ПТУ, то наверное после девятого класса поступила… Тогда и восемнадцати, наверное нет. Я почувствовал себя стариком.
Потрепал её спутавшиеся волосы. Яна слабо улыбнулась, но настороженность не исчезла.
— А ты и есть ребёнок. Брошенный, обманутый, напуганный и закрывшийся в себе ребёнок. Через дерьмо ты прошла, конечно. С безденежными наркоманками обращаются, как со скотом, а если девушка красивая, то и…
Я не стал развивать эту мысль. Просто потрепал её за волосы, и Яна прижалась ко мне. Из глаз выкатилось несколько слезинок. Я же говорил— ребёнок.
Домой мы вернулись, когда начало рассветать. Измазанные в грязи, в волосах у нас были листья и сосновые иголки, обувь промокла от росы, но мы были довольны. Во-первых, дело сделали, а во-вторых, сбор грибов оказал на меня какое-то медитативное воздействие. Я успокоил нервы, — не железные всё-таки, — а тут такой стресс несколько дней подряд. Ну и добыча тоже неплохая. Наши рюкзаки и корзины были доверху набиты мухоморами, которые надо будет высушить, измельчить… Что, уже ушки навострили? Хрена вам, секрет фирмы.
Дом, ещё недавно бывший мрачными развалинами, а сейчас походивший на теремок из сказки, ещё спал. Свет горел только на кухне. Странно. Или уже Стас проснулся? Он у нас птица армейская, ему рано вставать— одно удовольствие. Но я ошибся. Когда мы вошли в дом, и я, чуть опередив Яну, прошёл на кухню, то увидел, что там хозяйничала Марселлинн, демонстративно громыхая утварью. Вообще, она так рано не встаёт, как и я. А это значит… Я прошёл на нашу уютную кухню и обнял свою капризную, скандальную, агрессивную и избалованную девчонку. Когда она умерла, то была ненамного старше Яны…
— Не ревнуй, ничего не было и быть не могло, — с этими словами я поцеловал её и понял, что она знает это.
Просто не может ничего поделать со своим дурным характером.
— Да-да, — на кухню просочилась улыбающаяся Яна. — Он относится ко мне как к дочери. А если он папа, то ты мама.
С этими словами она обняла нас. Ровно на пять секунд, а потом вылетела из кухни в гостиную, снеся своим худым телом что-то по дороге.
— Ты бы поаккуратнее, а то организм у девочки ослабленный.
— Извини, — притворно посокрушалась Марселлинн. — Ничего не могу с собой поделать, когда посторонние бабы начинают тебя лапать.
— Пойду посмотрю, не придётся ли мне её оживлять…
— Стой! Что эта страшила упоротая несла про отцовские чувства?
— Забей!
— Нихрена! Я же тебе говорила, что я хочу ребёнка!