Добрая похоть

Пришлось подъехать на кривой козе. Это бесценное животное, выручавшее везде и всегда, сработало и на этот раз. Недрогнувшей рукой заплатив за заказанный эльфом фуршет, я добился того, что его мелкие глазки чуть не осыпались на тарелку. Потрясенный эльф не сдержался, пробурчав:

— Так тебе не деньги нужны?

— Нет, уважаемый Шарвара, — с акульей улыбкой проворковал я, — Со средствами у меня полный порядок. Но есть подозрение, что канис нужны вам, иначе бы вы не стали затевать разговоры с каждым третьим в этом зале. Здесь же купцы из других стран столуются, я не ошибаюсь?

— Не ошибаешься, разноволосый…, - вздохнул коротыш и, наконец-то, раскололся.

Луйюль Шарвара был уважаемым коммерсантом и, как почти все из них, имел свои дела через океан. Был у него в наличии неслабый торговый флот из трех десятков кораблей, часть из которых возила товары самого эльфа, а часть брала чужие грузы полностью или в довесок. Вполне обычное, давнее и почетное дело, перешедшее аж от деда. Всё было довольно хорошо, кораблики крутились, канис мутились, дела шли медленно, но в гору, как вдруг несколько забитых чужим грузом каравелл пропали с концами.

Очень неприятно, но не смертельно. К такому повороту событий готов любой, у кого есть голова на плечах. А вот то, что на Шарвару успешно пытаются наложить судебным порядком куда как неправомерный штраф за пропажу той рухляди, что везли корабли — ситуация нестандартная. Этот штраф торговец уже не потянул, иссякла его подушечка финансовая. А уж когда каждый первый из партнеров стал отказывать в ссуде наравне с банками, понял, что его выдавливают с рынка Грис-Алии. Выдавливают мощно, буквально сбивают с ног, а чья это идея и как с ней бороться, он понятия не имеет. Если уж королевский суд пристёгнут, то явно его давят с размахом, вон даже иностранцы в «Золотой бороде» готовы выкупить его городские лавки только за откровенно смешные деньги… Выкрутиться Луйюль еще может, чай мир не без добрых людей, но вот времени на маневры у него нет. Но его можно купить за деньги.

— Так что если хочешь инвестировать 350 миллионов канис, я открыт к предложениям, — со слабой надеждой пробурчал бедствующий эльф, но тут же упрямо вскинул подбородок, — Но если имеешь соблазн плюнуть мне в лицо очередным вымогательством, то забудь об этом!

— С инвестициями я связываться не собираюсь, как и оседать в Грис-Алия, — вздохнул я, с сожалением поглядывая на парующую сардельку, один в один похожую на те, что остыли за нашим столом. Затем, посмотрев на пьяную и чернеющую от отчаяния противную рожу, поторопился, добавив, — Зато я могу заплатить тебе такие деньги за работу посредником. Быструю, тихую и законную. В Грис-Алия.

Эльф попытался подавиться воздухом. У него почти получилось, несмотря на то что я, слегка запаниковав, высадил в него весь свой объём маны, шарахая исцелениями. Два десятка приёмов, две трети из которых прошли критами, сделали Шарвара не только самым уродливым, но еще и самым здоровым эльфом на всём белом свете, попутно протрезвив бедолагу целиком и полностью. Оправившись, он присосался к бутылке, не сводя с меня выпученных глазок, а затем, тряхнув головой, заорал как резаный, требуя немедленно предоставить помещение для переговоров. Пока мы шли в него, мне спину сверлил как минимум десяток ненавидящих взглядов пираний, чуявших запах крови, но подозревающих, что вскоре им придётся кусать лишь свои локти.