Собственность зверя
- Автор: Владимирова Анна
- Серия: Оборотни-медведи #4
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Собственность зверя». Краткое содержание книги:
— Болит? — поинтересовался сурово, опуская меня на ноги.
— Нет.
Я вжалась спиной в стенку, пока он настраивал воду.
— Зачем ты вернулась сюда? — И он направил на меня теплую струю.
А сам будто не ждал ответа — смотрел, как я вскинула руки к лицу, отгораживаясь от настойчивых капель.
— За вещами.
— Так убегала, что вещи не собрала? — щурился он напряженно.
Его взгляд прошелся по моему обнаженному телу вниз.
— Что-то типа того, — обняла себя.
— Так напугал?
— Не ты. Тогда не ты…
— Я вспомнил тебя, — и он сделал ко мне шаг. — Ты приходила ночами, когда никто не видел.
И он вжал меня в стенку, подставив руку под спину, чтобы не жгло холодом. Я настороженно замерла в его руках, не веря, что это внезапная забота — не западня. Он же только что так ненавидел, что едва не повесил на вороте комбеза.
— Я тебя выпустила…
Сложно было понять, что он думает теперь. Я чувствовала себя все так же: будто в клетке с хищником, который не мог решить — сожрать или еще поиграться. Хотелось кричать ему, что мне очень нужно назад, что меня ждет ребенок… Но горло сжималось в страхе.
Он положил руку поверх метки и огладил скулу большим пальцем:
— Я не отпущу тебя…
***
Ее глаза предсказуемо округлились, грудь заметалась вверх-вниз, а я сжал зубы, едва успевая одернуть зверя, чтобы не трахнуть ее снова. Рычание она восприняла как недовольство и сжалась еще больше.
Я вспомнил все. Стоило поддаться невыносимому желанию, и память выпустила наружу то, что я пытался откопать эти месяцы. Мы с ней уже были там, внизу. И я точно так же позволил себе все. Зов девчонки был невыносим. Сделали это со мной люди или я сам — понятия не имел. Но это я следил за ней, а не она. Это я подпустил к себе, а не она влезла под кожу… И это я взял ее там, сознательно помечая, как свою собственность прежде, чем убежать. Насколько она была важнее свободы в тот момент? Видимо, намного…
И для нее больше нет пути назад. Я не отпущу. Потому что без нее это не жизнь, а существование, полное либо боли, либо гонок со смертью. Теперь же боль стихла, почти прошла. Я чувствовал, будто проснулся от кошмара. Наконец мог свободно дышать, думать… жить. Впервые за долгое время.
Но у нее, конечно, будут другие планы…
— Что значит — не отпустишь? — прошелестел ее голос неразборчиво на фоне льющейся воды.
— То и значит. Ты — моя. Этого добивались люди или нет…
— Люди не могли такого добиться! — вскричала она. — Вы сами выбираете женщин! Это невозможно подстроить!..
Откуда мне знать, как мы выбираем женщин, если я всю жизнь прожил с волками?
— …Послушай, — уперлась она ладонями в мою грудь, и они подрагивали. — Я живу у оборотней. И многое знаю! Да, люди ставили эксперименты. Но им так и не удалось никого выбрать для оборотня — это невозможно! Я не виновата!
Я смотрел на нее, слушая, и понимал, что это ни черта не меняет.
— Я видел тебя во сне все это время. Каждую ночь. Если не можешь предложить мне лекарства… то варианта для нас больше нет.
Ее взгляд дрогнул, а я отстранился и вышел из душевой. Слышал, как она сползла по стенке и тихо всхлипнула. Медведь внутри дернулся, но я устоял. Физическая боль прошла, но душу будто жрали заживо. Я не понимал, что делать дальше… Но отпустить не мог. Сама мысль казалась убийственной.
Я обмотал бедра полотенцем и вышел в коридор. Надо будет добавить тепла, потому что для девушки здесь прохладно. И еще приготовить еды не мешало бы. И подумать, что делать дальше.
Я вернулся в лабораторию, собрал вещи и огляделся.
...Вряд ли девушка могла мечтать о таком «первом разе»…
И снова память вспороло женскими криками… Но не ее — она не кричала. А вот мне было впору, потому что то, что сделал с ней, почти не дергало совесть. Слишком часто я видел это в прошлой жизни. Белоглазые таскали девушек из охотничьих поселений при любой возможности. И хоть люди бились за своих дочерей до конца, эти твари тоже не жалели сил. Потому что своих самок было мало. А потом делили…
Тогда казалось, что внутри меня все промерзло до дна, и крики девушек уже никогда не поставят шерсть дыбом. Но когда Лали вырвалась и закричала, меня будто льдиной приложило.
Я тоже не хотел с ней так больше.
В груди ныло и покалывало, будто кровь нашла дорогу к чему-то атрофированному. Чему-то, что предстояло найти на ощупь, потому что за всю жизнь не видел ничего похожего.
Я сгреб вещи и вернулся в комнату девушки. Она лежала на кровати в полотенце, свернувшись калачиком.