Замуж за принца любой ценой

Адель слушала и не могла поверить.

Оруженосец. Сбежать вот так, бросить все…

Безумие.

И Тавиш… Тавиш тоже замешан в этом? Немного пугало.

— Эленор сказала, что Харалты всегда женятся только по любви, — сказала Адель.

Он усмехнулся. Она скорее почувствовала, чем услышала это, легкий ветерок у самого уха.

— Да, по любви. Это очень ценно, на самом деле, — он замолчал ненадолго, Адель показалось, он хмурится. — Я никогда не видел своих родителей вместе, но видел деда с бабушкой. Ребенком на это не обращаешь внимания, кажется, все так, как должно быть, и иначе быть не может. Но когда возвращаешься домой уже взрослым и видишь, как они улыбаются друг другу, как держатся за руки, как сидят в саду теплыми вечерами, пьют легкое тиссорсое вино и говорят бесконечно, им всегда хорошо вдвоем… Когда они были моложе — ездили кататься в горы или на Дымные озера. Долгими зимними вечерами они сидели у камина, бабушка Нэсса вязала для всех теплые носки, а дедушка Фер развлекал ее байками, и она смеялась до слез. Когда я был дома в последний раз… Сейчас бабушке уже много лет, у нее болят руки, и она уже не вяжет… но дед каждый вечер расчесывает ей волосы. У бабушки они длинные, ей тяжело самой. Можно, конечно, попросить горничную, но им обоим нравится, когда он это делает. Потом дед целует ее в лоб и говорит, что она самая красивая. Она действительно самая красивая для него.

Адель попыталась представить, и что-то дрогнуло в сердце, сжалось.

— И они никогда не ругались? Совсем?

— Ругались, конечно, — Йоан пожал плечами. — Бабушка кидалась в деда фарфоровыми вазами, а он уходил один в горы и не разговаривал с ней целыми днями. Но потом они мирились. В жизни бывает разное, но они всегда любили друг друга.

— Мои родители никогда друг друга не любили, — тихо сказала Адель. — Или, наверно, папа сначала любил, но мама его — никогда. Потом и в отце что-то сломалось. Наверно, сложно любить, если тебя едва выносят?

— Сложно, — согласился Йоан. — Это никому не под силу.

— Ты хочешь так же? Как дедушка с бабушкой?

Спросила и… замерло сердце.

А он уткнулся носом в ее волосы.

— Да, Дел. Я хочу так же.

Адель собиралась спросить что-то еще, но не смогла. Что-то происходило с ней, и она сама не могла понять.

Йоан обнимал ее осторожно и почти по-братски, скорее поддерживая, чтобы ей было удобней сидеть. Но от его прикосновений… тепло разливалось по телу. Спокойно и хорошо. И в то же время нестерпимо ныло в сердце.

— Эленор говорила, что тебе тоже снятся сны, — сказала тихо.

Он вздохнул, Адель почувствовала это — глубокий вдох и долгий выдох, он собирался с мыслями.

— Если честно, — сказал он, — был просто огромный соблазн уйти в сторону. Сбежать, пока это не зашло слишком далеко. И забыть. И ты бы забыла… Но, похоже, мне уже никуда не деться?