Сосватать героя, или Невеста для злодея

Проклиная все на свете, я принялась искать кастрюлю, одновременно с этим рассуждая на тему — сколько надо варить на всех девушек. Кастрюля мной была найдена, большая такая, наверное, литров на десять. Отволокла ее на плиту. Встала и приказала:

— Воды.

Тишина. Хм, странно. У меня на плиту ставишь, и вода сама набирается. Хотя я редко готовлю, времени вообще ни на что нет.

— Во-о-оди-и-ичка, — позвала я.

Потом начало доходить, что здесь, похоже, нет системы «Умный дом». Обидно. Пришлось снимать кастрюлю и тащить ее к крану, который был вообще в другом конце кухни.

И вот я уже лежу, с кастрюлей и босиком, а на полу рассыпана эта крупа прессованная… Грохот был не шуточный!

— Тиа? Ты в порядке? — Две стройные ножки Лили остановились рядом с растянувшейся на полу мной.

— Нет, я не в порядке, — пытаюсь встать, — мне плохо…

Модель рассмеялась, помогла подняться.

— Тиа, ты опять с Киану разговаривала? — Лили взяла кастрюлю, без труда потащила к крану. — Зачем? Он каждый раз упивается твоим унижением. Кстати, а кастрюля тебе зачем?

— Кашу варить, — я отряхивала крупу с ног, — воды налей туда.

— А она сама не льется? — не поверила Лили.

— Увы, — я развела руками, — дом староват оказался.

Совместными усилиями мы наполнили этого монстра общепита, дотащили кастрюлю до плиты и зажгли огонь, благо у Лили имелась зажигалка.

— Так, — я взяла заветный мешочек и, подойдя к кастрюле, начала размышлять вслух: — Мы все голодные, так что надо варить побольше, так?

— Ага, — согласилась моя давняя подруга.

— Значит, делаем так одну большую пригоршню, сложенную из двух ладоней, я варю на каждую модель, ну и мне две, вот!

— Мне тоже две, — заявила Лили, — и Сани с Феей от добавки не откажутся, ну а Джастину можно одну, он много не ест.

На том и порешили. В результате Лили держит мешочек, я горстями отмеряю сыплющуюся крупу Засыпала тридцать пять пригоршней, округлив для ровного счета. Потом Лили приготовила нам чай. И мы принялись ждать.

— А долго вариться будет? — спустя две чашки чаю спросила Лили.

— Хрен его знает, — призналась я, — будем пробовать по очереди.

Минут через двадцать каша соизволила закипеть. Слабенько так, нехотя, без энтузиазма, в общем. Короче, налицо явное нежелание того, чтобы ее съели.

— Уже можно пробовать? — обрадовалась Лили факту шевеления со стороны кашки.

— Пробуй, — я решила быть доброй. Подхватив чайную ложечку, Лили рванула к кастрюле, зачерпнула немного, долго и старательно дула, потом попробовала, скривилась и выдала:

— Гадость.

Я не поверила. Во-первых, люблю овсянку, и, во-вторых — что я, зря на нее столько времени угробила? Выхватив ложечку у Лили, попыталась приобщиться к прекрасному и смогла лишь повторить: