Не в этот раз, Судьба

Жон опустил плечи, а всё его дурашливое настроение моментально испарилось.

— Это не так уж и просто, — вздохнул он. — Амбер... Честно говоря, я удивлен тем, насколько спокойно вы к ней отнеслись. Мне казалось, что дело дойдет до какого-нибудь скандала.

Вайсс слегка приподняла бровь, но не стала ничего уточнять. Время, которое она была вынуждена провести рядом с Жоном, позволило ей легко определять те темы, на которые он говорить не хотел. А человека, способного ткнуть в пах своего сокурсника праховым разрядником, в угол лучше было все-таки не загонять.

— Может быть, я увидела в ней что-то похожее на меня, — пробормотала она.

— Хочешь сказать, что когда-то вела себя так же, как и Амбер?

Вайсс слегка покраснела и смущенно отвела взгляд в сторону.

— Я тоже была маленькой, — наконец произнесла она.

А еще немного избалованной и постоянно искавшей внимания взрослых членов семьи девочкой, до которой не было дела вечно занятому работой отцу.

Вайсс вздохнула, стараясь не глядеть Жону в глаза, после чего продолжила:

— Моя старшая сестра являлась моим другом и самым доверенным человеком. Я помню, каково это — смотреть, как она отправлялась на очередное опасное задание, и думать о том, увижу ли я ее когда-нибудь вновь.

Брошенный на нее Жоном взгляд заставил Вайсс почувствовать себя довольно неловко.

— Не понимаю, почему ты на меня так смотришь, — сказала она. — Детям свойственно беспокоиться, и я исключением тут вовсе не являлась. К тому же поведение твоей сестры говорит лишь о том, что ты ей небезразличен. Так почему же мне должно не понравиться подобное отношение с ее стороны?

— Ладно, прости, — рассмеялся Жон, выставив перед собой руки и тем самым признавая свое поражение.

Вайсс замерла от внезапно пришедшей ей в голову мысли.

Сложно было вот так сразу осознать, сколь многое изменилось за такой короткий срок. Три недели назад их отношения можно было назвать в лучшем случае прохладными. Жон отказывался ее слушать, тренироваться и даже просто нормально общаться с командой, лидером которой являлся. Но сейчас они втроем пытались помочь ему с его семейными проблемами, поскольку, как бы невероятно это ни звучало, беспокоились о нем.

И если раньше Жон воспринимал их как некую надоедливую помеху, то теперь Вайсс могла неуверенно признать, что он тоже о них волновался в его собственной извращенной манере.

— Идиот, — вздохнула она, сама не зная, о чьих именно умственных способностях сейчас столь нелестно отзывалась. — Если ты не решишь эту проблему с сестрой, то в Биконе от тебя толку вообще не будет. И раз уж я являюсь твоей напарницей, то должна что-то с этим сделать.

— Но я ведь и вовсе лидер нашей команды.

— Несущественно, — пожала плечами Вайсс. — Извинись перед сестрой, признай свою неправоту, что бы ты там ни натворил, и всё закончится.