Амулет синигами (СИ)

Пока Ририка говорила, я уже успел совладать с собой и даже смог проглотить пару такояки, правда, не ощутив их вкуса.

— Теперь ты узнал всё. Что касается Руки-сан…

— Всё нормально, — торопливо ответил я, хотя, разумеется, ничего нормального не происходило. Боль потери снова неотступно преследовала меня. — Я долгие годы мучил себя мыслью о том, лгал ли Энма, рассказывая о последних минутах жизни Ру-тян. Теперь знаю: он говорил правду, — я пристально посмотрел на Ририку, заставляя её опустить взгляд. — Я понимаю, зачем ты это сделала. Внутри тебя сидит то же, что и внутри твоего двойника: боль потери. Она так глубока, что ты считаешь, будто её до конца способна прочувствовать лишь ты, но ты ошибаешься. Я тоже способен. Теперь, когда ты напомнила мне о моей боли, подсознательно желая наказать за ту давнюю встречу в Коива, я скажу одно. Возможно, мы не вернём мир, где мама и Ру-тян живы, — хоть больше всего на свете того желаем! — но наши души не должны подчиняться тьме. Мы оба несём ответственность за это. А теперь… Пусть Око покажет, кто их убил. Да, я понимаю, убийца давно мёртв. Но я хочу видеть его лицо.

— Их было пятеро, — Ририка заметно побледнела. — Три женщины, двое мужчин. Мыслями и чувствами тех людей управлял Энма, сделав из них послушных марионеток, воспользовавшись их страхами и слабостью их душ. Они поддались. Одна из женщин убедила остальных в необходимости «убить ведьму». Ранним утром, когда ты ушёл на встречу с отцом, эти пятеро обезумевших людей проникли в твой дом. Они собирались убить только Руку, но Акеми-сан попыталась защитить дочь, поэтому погибла тоже. Энма, наблюдавший за происходящим через Хрустальный Шар, знал заранее о том, что произойдёт. В то утро он отправил к твоему дому своего самого верного слугу с тёмным сосудом — в точности таким, как тот, которым владела леди Эшфорд. В сосуд можно было поймать искру, запечатав её внутри. Энма предполагал, что как только обезумевшие фанатики покинут место преступления, его слуга материализуется рядом с умирающей Рукой, поймает душу Маленькой Богини, парящую над телом, и исчезнет прежде, чем ты вернёшься. Однако его планы нарушила своим появлением Мегуми-тян. Повелитель Мэйфу никак не мог предположить, что дочь заезжего торговца отправится ранним утром играть туда, где совершилось убийство. Девочка, пребывая в панике от увиденного, не заметила, как искра Мастера Амулетов оказалась в ней. Этот важный момент пропустил и Энма, следивший за твоим домом через Хрустальный Шар. Ничего не увидел и слуга Повелителя Мэйфу, принявший невидимый облик и всё это время прятавшийся в доме. Вероятность того, что искра Мастера Амулетов быстро приживётся в теле случайно подвернувшегося под руку носителя, была ничтожной. Куда более вероятной оказалась бы гибель Мегуми-тян немедленно или вскоре после попадания искры в её сердце. Возможно, именно поэтому Энма поначалу и подумать о таком исходе не мог! Долгое время он злился, негодовал и, потеряв сон, ломал голову над тем, почему слуга вернулся обратно с пустыми руками и куда делась искра. Энма подозревал кого угодно: Астарота, который мог пронюхать о готовящемся убийстве и послать к дому семьи Цузуки демонов, чтобы перехватить искру раньше, синигами, которые могли неведомым образом прийти в тот дом и случайно поймать то, что трогать нельзя. Энма обвинял даже своего самого верного и преданного слугу во лжи и предательстве и пытался выбить признание в краже и сокрытии искры. Но спустя несколько недель, отработав все версии и убедившись, что ни одна из них не верна, Энма догадался: бесценное и желанное, за чем он так долго охотился, унесла Мегуми-тян, ибо бесследно исчезнуть часть души древней богини не могла. Через некоторое время Энма выследил Мегуми, ожидая увидеть, что та уже обрела способности Мастера Амулетов, но никаких перемен в девочке он не заметил. И спустя год, и спустя пять лет Мегуми-тян продолжала оставаться самым обычным ребёнком. Энма сдался и надолго забыл о ней. На протяжении десятилетий он строил другие свои сложные планы, используя тебя, Ватари, Сейитиро и леди Эшфорд для будущей победы в день Апокалипсиса. На время он перестал выслеживать носительницу искры Мастера Амулетов. Душа Маленькой Богини тоже затаилась и никак не давала о себе знать до тех самых пор, как переместилась в тело малышки Хисоки в миг её рождения. Именно тогда искра пробудилась, соприкоснувшись с очень чистой и очень сильной душой, и вспышку невероятной силы зафиксировали и Око, и Хрустальный Шар. Нужно ли говорить, что с того момента маленькая Хисока была обречена на смерть… И надо ли уточнять, что грязную работу Энма, как всегда, сделал чужими руками, — Ририка тяжело вздохнула.