За все, чем мы дорожим

– Я в порядке, – Габриэль даже выдавила из себя что-то вроде улыбки. Коул покачал головой и растворился в толпе. Габриэль сделала несколько шагов – и наткнулась точно на Жоффрея и Эрика.

– Лейтенант, вам плохо? – обеспокоенно спросил Эрик. – На вас лица нет.

Габриэль не знала, что ответить. От этого мальчика очередным «порядком» не отделаешься. Да и что значит «я в порядке»? Ну да, она-то в порядке, а их сын и брат вернулся домой в криокамере и неизвестно, выживет ли. Конечно, ей больно думать, что она может лишиться друга и командира, но каково им?

– Спасибо вам, – серьезно произнес Эрик. – Как бы то ни было, Раф не пропал без вести. Теперь можно или ждать выздоровления, или уж… хотя бы похоронить по-человечески.

Габриэль до боли стиснула пальцы. Кажется, сейчас она разрыдается похуже, чем тогда в смотровой.

– Если вам нужна помощь, – продолжал Эрик, – я к вашим услугам. Во всяком случае, домой я вас точно отвезу.

Габи хотелось провалиться сквозь землю. И тут ей на плечо легла тяжелая рука Жоффрея.

– Лейтенант, – коротко приказал он, – дышать и не падать.

Габи судорожно вздохнула. Еще и еще раз. Жоффрей удовлетворенно кивнул:

– Другое дело. И руки расцепите, а то пальцы себе переломаете. Ваши руки еще пригодятся.

– Слушаюсь, – Габриэль чувствовала себя дурой, но этому голосу нельзя было не повиноваться. Жоффрей взял ее руки в свои:

– Лейтенант, вам не в чем себя винить. Вы уже совершили невозможное, и Дом Нуарэ благодарен вам.

– Я старалась сделать свою работу, – сказала Габриэль таким голосом, как будто произносила последнее слово осужденного.

– И вы ее сделали. И даже намного больше.

Она наконец рискнула посмотреть Жоффрею в глаза. Стальной Полковник глядел на нее с сочувствием, от которого становилось еще больнее.

– Будем надеяться. И… спасибо вам.