Тринадцатая королева

Наконец, из-под пальцев Матео стали пробиваться звуки куда спокойнее и нежнее, чем в начале. По всей видимости, он выплеснул свои чувства в музыку и немного пришёл в норму. И правда, взгляд его приобрел прежнее спокойствие, черты лица стали более расслаблены, а вид невозмутим. Менестрель низко поклонился, окончив свое выступление и остался в низком поклоне, пока не последует реакция короля на балладу.

В зале было оглушающие тихо. Так тихо, что Лео показалось, биение её сердца слышат абсолютно все. Но когда она пришла в себя, оказалось, что это было не её сердце, а размеренные хлопки короля. Он восхищённо хлопал менестрелю, явно довольный словами, которые только что услышал, а вызова будто бы и не заметил.

— Вот! — не прекращая аплодировать, провозгласил король своим вельможам. — Вот что я хочу слышать от по-настоящему преданных мне людей! Тот, кто останется со мной до конца, какие безумные вещи я бы ни придумал! Учитесь, лизоблюды! — Абрэмо вскочил с трона и не переставая бить ладонью об ладонь, направился к Матео. — Ты доказал мне свою преданность, Тито, и я награжу тебя по-королевски! Я… — он окинул взглядом толпу присутствующих придворных и, подойдя к Матео еще ближе, положил руку на его плечо, — выбирай любую даму, мой преданный слуга, и веди её в танце! Почувствуй себя одним из нас, ты провел всю жизнь при дворе, но всегда оставался в стороне.

Абрэмо отступил на шаг от шута и поморщился.

— Сними свой шутовской колпак и яркие одежды! Дайте ему камзол! — крикнул король слугам. — Мы сделаем из тебя настоящего вельможу и выбирай, кого хочешь!

На немного растерянного Матео налетели придворные, сорвали колпак, который мелодично и как-то грустно звякнул, толкали его друг к другу, стягивали яркую рубашку, смеялись и одевали его в одежду вельможи. Всем так нравилась эта забава — сделать из шута уважаемого господина, чтобы он повёл под руку знатную даму. Когда толпа расступилась, Матео остался стоять посреди зала в чужом комзоле, свое банджо он выронил, пока его толкали в разные стороны. С растрепанными волосами, покосившейсяя на лице маской, он никак не мог взять ситуацию под контроль и выглядел при этом жалко.

— Ну же, Тито, не стесняйся! — подталкивал его король, глумливо улыбаясь. — Ты у нас знатный красавец, думаю, любая дама посчитала бы за счастье пройтись с тобой в танце!

Пока Абрэмо вещал, Матео явно удалось взять себя в руки. То, что выглядело как награда, было самой настоящей издевкой, поняла Лео. Абрэмо пьян, но он не дурак. Он понял, услышал вызов. Её сердце который раз зашлось в тревоге. Матео снова низко поклонился и заговорил совершенно спокойным, низким голосом:

— Я безмерно ценю оказанное мне высокое доверие, Ваше Величество, но награда, которую вы предлагаете, слишком велика для той скромной песенки, что я имел честь спеть вам. Уверен, что ни одной даме в этом зале, не будет приятно танцевать с шутом…