Нулевой Архетип

Впереди послышался шорох, мелькнул силуэт человека, и она невольно отпрянула назад, задев Атреса.

Потом в квартире что-то громыхнуло, и послышался звон стекла.

Атрес бесцеремонно оттолкнул Кейн в сторону, рванулся вперед, следом.

В глубине хлопнула дверь, заставив Кейн вздрогнуть и, наконец, осознать – кто-то пробрался в ее квартиру. Воры или же хуже.

Найдя взглядом точку смещения, она осторожно шагнула внутрь.

В комнате царил разгром, ящики стола были выдернуты и перевернуты, одежда валялась на полу, между разбросанных тетрадей.

Картина казалась нелепой и нереальной.

Кейн выпустила Мираж наружу и замерла, не зная, что делать.

В голове не было ни одной схемы, пригодной, чтобы защищаться. Вообще ни одной полезной схемы.

Послышались шаги, и она напряглась, не зная, что делать дальше.

– Он ушел, – сказал Атрес, появляясь в проеме двери, и тяжело прислонился к косяку.

– Вы в порядке?

Он стоял, неестественно скособочившись, и зажимал рукой бок. В полумраке комнаты сложно было разглядеть детали, но Кейн показалось, что она заметила кровь.

– Царапина, – коротко отозвался он.

Почему вы не остановили время? – хотела спросить Кейн, и тут же поняла, насколько этот вопрос нелеп. Атрес сливался со своим медиатором, этот медиатор ни в коем случае нельзя было использовать. Наверное, Атрес даже на «Трели» пустил его в ход только под угрозой смерти.

– Вор был один? – она представила, что сейчас нападавший вернется с помощниками, и ей стало не по себе.

– Больше никого не видел, – Атрес встал ровнее, все еще не отрывая руки. – У вас есть аптечка?

– В ванной, – она, наконец, заставила себя сдвинуться с места и включить свет. После окружавшего полумрака он показался слишком ярким, заставил зажмуриться.

Так погром в квартире выглядел еще уродливее: мебель была перевернута, матрас на кровати вспороли ножом, и из него будто внутренности торчали железные пружины. Кейн передернулась, пытаясь прогнать неприятные ассоциации. Ей не следовало поддаваться эмоциям.

В какой-то степени она привыкла к риску. Она работала с Миражом и Нулевым Архетипом, обезвреживала сложные неисправные схемы, летала в места спирит-аномалий, но то был риск, который Кейн понимала и к которому была готова.

Вор в квартире не мог прорасти в нее нитями спирита, не мог выжечь ее сознание изнутри. Он был обычным человеком, который пробрался в чужой дом и перевернул там все вверх дном. Раскидал бумаги. Разбил вазу, которую подарили на день рождения студентки.

Вспорол матрас.

Интересно, зачем было разрезать матрас?

– Мне нужна аптечка, – напомнил Атрес, и Кейн порадовалась, что он не стал ни спрашивать, в порядке ли она, ни жалеть ее. Так легче было держать себя в руках.

– Да, идемте.

Кейн не знала, уцелела ли аптечка, будет ли от нее хоть какой-то толк, но решила просто довериться Атресу. Он, скорее всего, понимал, что делает.

На полу в крохотной ванной валялись осколки зеркала, Кейн успела поймать свое отражение в одном из них, шкафчик на стене оказался пуст. Выпотрошенная аптечка обнаружилась в углу под умывальником. Салфетки выпали и промокли, но бинты не пострадали, неподалеку валялся пузырек йода и таблетки от простуды.