Ухожу в тишине
- Автор: Ригерт Хани
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Ухожу в тишине». Краткое содержание книги:
В её двадцать пять это был не первый роман, но Диане упорно казалось: это большее, чем просто приятное времяпрепровождение. Была бы она творческим человеком – назвала б это вдохновением, но Диана даже не пыталась найти слова, способные выразить чувства. Потому что знала: пытаясь описать, что значит для неё Кристиан, она обязательно потерпит сокрушительное поражение.
Поэтому Диана сосредоточилась не на мыслях, а на ощущениях – и запоминала, что обивка в такси была шершавой, а ладони, гревшие её вечно ледяные пальцы, чуть суховатыми. Диана открыла глаза и посмотрела на Кристиана, не пытаясь угадать его мысли, но изо всех сил надеясь, что она значит для него ничуть не меньше.
Кристиан, любовавшийся её лицом, неожиданно покраснел и опустил голову – словно устыдившись того факта, что суровый звукоинженер может не только честить музыкантов, но и совершенно искренне кем-то восхищаться. Растроганная Диана прислонилась к его плечу и снова прикрыла глаза, но уже через мгновение такси остановилось – аккурат между бетонной коробкой новостройки и церковью, чьи витражи окрашивали снег в жёлто-лунные тона.
[1] Fairlight – один из первых коммерческих семплеров.
[2] Братья Майзель – основатели берлинской студии звукозаписи Hansa Studio, имеющей среди синти-поп- и пост-панк-групп культовый статус.
[3] Двенадцатидюймовый сингл – пластинка, позволяющая записывать более длинные композиции. Иногда артисты делали для двенадцатидюймовок «расширенные» (extended) версии песен, иногда – добавляли дополнительные треки.
[4] Героиня романа Эндрю Хоупа «Пленник Зенды».
[5] Героиня романа Вальтера Скотта «Айвенго».
14. Decline
Kaleidoscope был местом, сотканным из противоречий. Он никак не мог отречься от своего рокового прошлого, но уже с любопытством заглядывал в электронное будущее – и это проявлялось практически во всём.
Например, на голых кирпичных стенах вдруг появились красные и голубые гирлянды, делавшие клуб похожим на фотолабораторию. А на танцполе плавно двигались люди, которые вряд ли б пересеклись в обычной жизни. Панков и футуристов, собравшихся в Kaleidoscope, объединяло лишь одно: интерес к самобытной музыке, далёкой от вершин национальных чартов. И Decline, в чарты ещё не попадавшие, для такой публики подходили идеально.
– Слушай, с этими двумя надо что-то делать, – шепнул Эдди, не отводя глаз от коллег.
Он практически не волновался перед первым выступлением – но Карл и Стюарт, которым предстояло петь, заблаговременно сходили с ума. Например, Стю забился в угол, где уткнулся лицом в колени и замер в этой неудобной позе. А Карл, наоборот, не мог усидеть на месте – и наворачивал круги по гримёрке, не реагируя на попытки с ним заговорить.
– И что ты предлагаешь? – спросил Лесли, снимая излишки туши с кисточки. – Купить им пива?
– Вы восхитительно остроумны сегодня, мистер клавишник, – фыркнул Эдди, не оценив отсылку к своему неудачному выступлению. – Нет же, я предлагаю сказать им что-то подбадривающее, пока они на стенку не полезли.
– Пиво, на мой взгляд, было бы эффективнее, – Лесли отвернулся к зеркалу и попросил: – Дай мне минуту, ладно?
Эдди, мягко говоря, не был поклонником мужского макияжа. Тем не менее, он не мог не признать: на Лесли это смотрелось эффектно – особенно в сочетании с рокнролльной причёской и куртками из каких-то научно-фантастических материалов.
Коллега, наконец, сунул тюбик с тушью в рюкзак и отправился ловить Карла. Перегородив ударнику путь, Лесли принялся что-то негромко ему объяснять. А Эдди, поправив тесный ворот водолазки, пошёл успокаивать Стюарта.
– Стю, ну чего ты, – он мягко двинул друга в плечо. – Тебе как будто впервые на публике выступать.
– В качестве солиста – впервые, – пробормотал Стюарт.
– Да брось ты, – Эдди сел на соседний стул. – Не понимаю, из-за чего переживать – поёшь-то ты сносно. А был бы русалкой – я б точно постарался получить квалификацию морской ведьмы и украсть твой голос.
Лесли часто воспринимал их речь буквально. Впрочем, что взять со столичного парня, не знакомого со странными речевыми конструкциями, которыми пользовались южане? Вот и сейчас он недоумённо посмотрел на них, не понимая, над чем коллеги хихикают и какой смысл вкладывают в свои слова.
Тем не менее, эти речевые игры помогли: Стюарт, хотя и оставался бледным, как полотно, оторвал голову от коленей и продемонстрировал готовность выступать. И только Карл продолжал причитать, предсказывая свой позор и следующее за этим увольнение.