Правосудие чувств

В комнату вбежала девушка, подросток. Одета в рваные джинсы, серый топик, черную куртку и туфли на небольшом каблуке, в русых волосах пробивались фиолетовые пряди, а макияж был похож на ретро, когда ходили на дискотеки, но более приятный, даже подчеркивал ее еще не зрелую женственность. Красные губы улыбнулись детективу очень уж миленько и она застыла в ожидании, чтобы отец ее представил. Было видно, что она любит внимание.

– Бери то, что хотела и в школу. Я занят.

– Ага.

Сердито повернулась к холодильнику и достала какие то флакончики и маленький шприц с оранжевой крышечкой. Немного потопталась на месте, ожидая, что взрослые заговорят, но не удовлетворив любопытства выбежала из кухни. Аристарх не хотел первым говорить, ведь было видно, что мужчина ждет, чтобы дети ушли, чтобы кто-то из них чего то не услышал. До них доносились еще два голоса мальчиков. Они ругались, кто должен взять с собой мальчика помладше. Стрелки часов бежали, а крики все не утихали. Наконец то крупный мужчина, что смахивал на пробудившегося со спячки медведя, встал и пошагал в коридор. Виктор накричал на детей, кажется кого то из них и ударил. Споры прекратились. Тихое сопение и подавляющие звуки обиды, переходящие в плач, удар дверьми и тишина. Детективу очень сильно хотелось взглянуть, кто же это еще был и ударил ли мужчина своих детей. Но пришлось сдержать свои желания и тихо сидеть на стуле, уставившись в разъедающую плесень на коричневой тумбочке. Его собеседник вернулся в кухню и направился к холодильнику. Достал тарелку с хлебом и салом, огурец и водку. Поставил все перед детективом и два казалось бы чистые стаканчики для этого напитка.

– Ночь была тяжелой. Будешь?

– Нет. Я не пью. – Аристарх вытер чело мокрое от пота и сглотнул, в роте пересохло. Ему было очень трудно, так тяжело, чтобы не выпить. Бороться с этим чувством было и так выше его сил, а тут желаемая вещь прямо здесь, и она реальна. – Где… где же вы работаете?

– Сторожем на складе. Не хватает.. Денег не хватает, но что поделать. – Развел руками в стороны и насыпал до краев холодной водки в оба стакана.

– Вы работали там, когда вашу жену убили?

– Да. Я там уже давно.

– У вас трое детей?

– Ага. Вот этой, старшей семнадцать, парню пятнадцать и младшему десять. Самостоятельные, мать научила. Я тоже стараюсь как могу. – запрокинул стакан и только выдохнув, засунул большой кусок сала в рот.

– Так значит вы пришли со смены, да?

– Ага.

– Если денег маловато, так как же вы троих детей кормите?

– Жена работала, да, она работала.

– Но уже три месяца прошло.

– Ты это, что на меня повесить хочешь? Я свое уже отсидел.

– И за что?

– Ты я вижу недалекий. – Выпил и засмеялся, глаза налились кровью. – Я по началу хорошо жить хотел, молодой был, вот и вляпался в историю, но я отсидел свой срок, двенадцать лет, а когда вышел, то сразу Кристинку встретил, она такая была радостная. Я от тусклой жизни совсем чувства потерял, а ей удалось во мне что-то расшевелить, понимаешь, вот тут что-то заиграло. – Ударил кулаком в грудь, прикусил губу, налил и снова выпил. – Красивая была.