Неизданная проза Геннадия Алексеева
- Автор: Алексеев Геннадий Иванович
- Серия: Неизвестный Алексеев #3
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Геликон
- ISBN: 978-5-9909707-2-4
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Неизданная проза Геннадия Алексеева». Краткое содержание книги:
Третий том собрания сочинений «Неизвестный Алексеев» включает только что расшифрованные дневники последнего периода жизни писателя (с 1980 по 1986 гг.) из недавно открытых архивов. Дневники содержат программные мысли писателя, его рассуждения о литературе и искусстве, очерки из литературной жизни «восьмидесятых».
Книга снабжена уникальным иллюстративным материалом: фотографии, сделанные Алексеевым, и фотографии из его семейного архива, ранее не издававшиеся.
Вот и мы встали на свое место в начале полуторакилометровой прямой бетонной дороги. Наши моторы засвистели, потом загудели. Наконец издаваемый нами звук превратился в оглушительный рев, и мы помчались по бетону, все более и более убыстряя свой бег. Сначала все мелькало, а потом исчезло – превратилось в какие-то разноцветные полосы.
Как всегда при взлете, стало страшновато. Что ни говори, а передвижение по воздуху – испытание судьбы.
Я поглядел по сторонам. Рядом сидела пожилая супружеская пара довольно простецкого вида. Женщина, как видно, тоже робея, закрыла глаза. Ее муж безучастно глядел в окно. По другую сторону прохода сидела молодая блондинка с ребенком лет трех. Ребенок, видимо, тоже почувствовав ответственность момента, молча прижимался к материнской груди. «Если что случится, – подумал я, – все эти случайные незнакомые люди отправятся на тот свет вместе со мной. Одно утешение – смерть будет мгновенной».
Легкая тряска, возникавшая от неровностей взлетной дороги, внезапно прекратилась, и земля под нами стала проваливаться куда-то вниз – мы летели. Через минуту земля была уже далеко, на глазах превращалась в подобие географической карты. Еще через минуту в иллюминаторе возникла безбрежная белая волнистая пустыня – мы поднялись над облаками.
Женский голос из репродукторов разрешил отстегнуть ремни, и заботливые стюардессы стали разносить по самолету стаканчики с минеральной водой. Я замечаю, что около меня летают две мухи. Они тоже перемещаются из Ленинграда в Симферополь, даже не подозревая об этом. Родившись на брегах Невы, они окончат свой краткий мушиный век близ Черного моря. Хотя вполне вероятно, что часа через четыре они благополучно вернутся на родину. Быть может, они уже не в первый раз летят на юг в этом самолете, являясь как бы частью его экипажа вместе с пилотами и стюардессами. Им ужасно повезло, не каждой мухе выпадает такая удача.
Вытащив из кармана записную книжку, я стал записывать впечатления вчерашнего дня (посещение Литфондовой поликлиники) и не заметил, как прошли два часа. Снова раздался голос из репродукторов: «Наш самолет начинает снижаться. Просим пристегнуть ремни и не ходить по салону. Мы летим над Крымским полуостровом. Это прекрасная древняя земля, где все дышит историей… Температура воздуха в Симферополе плюс двадцать пять градусов. Благодарю за внимание».
Троллейбус, долго пробиравшийся по симферопольским улицам, вырывается наконец на свободное широкое шоссе, и мы катим на юг, где маняще синеют дальние горы. И вот мы уже среди гор. Их вершины в облачной дымке. Из лесных зарослей там и сям торчат розовые скалы. Минуем перевал. Слева вырастает величественная и мрачная гора Обвальная. На ее боку грандиозная осыпь с бесчисленными каменными обломками, а не ее вершине, как гигантские статуи, торчат вертикально стоящие камни причудливой формы. А вот и море. Оно не синее, потому что солнце за облаками, оно серовато-лиловое, гладкое, какое-то непохожее на себя и вообще ни на что не похожее.
Алушта. Дальше мы мчимся вдоль побережья. Слева – море, справа – горы. Мелькают пинии, кипарисы, платаны, ливанские кедры. С каменных подпорных стен свешиваются цветущие кусты красных роз. Склоны холмов сплошь покрыты какими-то желтыми цветами.
Крым! Шесть лет я не был в этом земном раю, вспоминая о нем постоянно.
В справочном бюро у ялтинского автовокзала мне объясняют, как проехать к Дому творчества писателей. Снова сажусь на троллейбус и еду в центр города. С главной улицы сворачиваю в тихий, обсаженный кипарисами переулок и подымаюсь в гору. В глубине густого старого парка натыкаюсь на колоннаду ионического ордера, наполовину скрытую пальмами и кустами олеандров. Обхожу ее сбоку и обнаруживаю вход.
Вечер. Сижу на своем балконе в плетеном кресле и курю трубку. Предо мною на столике начатая бутылка крымского сухого вина. У балкона зеленая стена листвы, из-за которой торчат темные острия кипарисов. Непрерывно поют птицы. Издалека доносятся звуки кинофильма – его показывают в соседнем санатории. Я блаженствую: никогда еще не жил в Крыму с таким комфортом.
4.7
Проснулся от странных, похожих на человеческие, птичьих голосов. Одна птица отчетливо произносила: «Пустите! Пустите! Пустите!» Забавная птица. Интересно, как она выглядит!