Бисмарк. «Железный канцлер»
- Автор: Власов Николай Анатольевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Яуза
- ISBN: 978-5-6040908-7-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Бисмарк. «Железный канцлер»». Краткое содержание книги:
Роль, которую Бисмарк сыграл в истории, огромна и неоднозначна, но масштаб его достижений поистине завораживает. Он был настоящим гением власти, достойным встать в один ряд с такими титанами, как Петр Великий, Наполеон, Черчилль. При этом «железный канцлер» отнюдь не являлся железным человеком, ему были знакомы как сильные эмоции и безумные увлечения, так и депрессии, приходившие на смену периодам душевного подъема, и лень, и то, что сегодня назвали бы вредными привычками. Эта книга, написанная доцентом кафедры теории и истории международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета, — несомненно, лучшая отечественная биография Бисмарка. Она позволяет взглянуть на «железного канцлера» не только как на великого политика, повернувшего ход мировой истории, но и как на живого человека со всеми человеческими слабостями, пристрастиями и недостатками.
Все это говорилось вполне искренне — Бисмарк до конца своих дней считал, что землевладельцы образуют становой хребет государства и общества. Именно они, а не горожане, способствуют процветанию страны — дворяне, помимо всего прочего, еще и тем, что бескорыстно служат своему отечеству, для чего им, естественно, требуется независимый источник доходов. К большим городам и процессам урбанизации Бисмарк до самого конца своей жизни относился с настороженным подозрением. Иногда он подчеркнуто вел себя как сельский житель, не признавая зонтика и не надевая галоши[80].
Как писал Эрнст Энгельберг, «организационные и агитаторские заслуги Отто фон Бисмарка при становлении „юнкерского парламента“ неоценимы»[81]. Этой же точки зрения придерживались, по всей видимости, и лидеры прусских консерваторов. В то же время заметны были расхождения между Бисмарком и его покровителями. Молодой депутат был сторонником «нового» консерватизма, который опирался бы на широкую социальную базу и учитывал интересы разных слоев населения. Вряд ли в его голове уже тогда сформировалась законченная концепция; скорее речь могла идти о наборе идей, некоторые из которых казались традиционалистами весьма нестандартными. Ганс-Ульрих Велер сравнивает Бисмарка того времени с двуликим Янусом: «железный консерватор и одновременно современный профессиональный политик с беззастенчивой гибкостью»[82].
Укрепление позиций Бисмарка совпало по времени с новым этапом германской революции. Внешне казалось, что перемены идут полным ходом. В Берлине заседало прусское Национальное собрание, обсуждавшее вопросы государственного устройства королевства Гогенцоллернов; во Франкфурте-на-Майне — общегерманское Национальное собрание, рассматривавшее проблему объединения страны. И в том, и в другом парламенте тон задавала либеральная интеллигенция, проходили жаркие дебаты, принимавшие иногда отвлеченно-теоретический характер, и ощущался явный дефицит конкретных решений на злобу дня. При этом оставалось совершенно без внимания то обстоятельство, что никаких инструментов реальной власти в руках у собраний не было, и единственной их поддержкой являлось общественное мнение, которое не могло долго кормиться спорами об идеальном государстве.
Пока революция буксовала, шок от восстаний у германских монархов постепенно проходил. Вокруг Фридриха Вильгельма IV сформировался кружок военных и консервативных политиков, получивший название «камарильи» и представлявший собой нечто вроде «теневого правительства». Во главе стоял генерал-адъютант короля Леопольд фон Герлах. Последний вновь был главным покровителем Бисмарка, а его брат Людвиг называл молодого консерватора «весьма деятельным и интеллигентным адъютантом главной квартиры нашей камарильи»[83]. Пока что только адъютантом — о том, чтобы молодой политик вошел в «руководящее звено», никто не говорил.
Осенью 1848 года противники революции смогли перейти в наступление. На смену либеральным министрам пришел консервативный кабинет графа Бранденбурга. 14 ноября в прусской столице было введено военное положение. Фактически это был государственный переворот. Прусское Национальное собрание, так и не вышедшее из стадии теоретических дебатов, было сначала отправлено из столицы в провинцию, а затем распущено 5 декабря. Одновременно от монаршего имени была опубликована конституция Пруссии. В соответствии с ней, в стране вводился двухпалатный парламент (ландтаг), причем члены верхней палаты (палата господ) назначались королем пожизненно, а нижней (палаты депутатов) — избирались населением на основе всеобщего и равного избирательного права. Ландтаг участвовал в законодательной деятельности (правда, король мог наложить абсолютное вето на его решения), но не мог влиять на формирование правительства, которое являлось прерогативой монарха. Сам факт существования парламента был существенным шагом вперед по сравнению с дореволюционными временами и предоставлял Бисмарку возможность продолжить свою политическую карьеру.
Это было тем более важно, что и король, и лидеры прусских консерваторов всерьез заблуждались в отношении молодого политика. Когда в конце 1848 года встал вопрос о назначении Бисмарка министром в новом, консервативном кабинете Бранденбурга, Фридрих Вильгельм IV категорически отверг эту идею. Согласно одной версии, его вердикт гласил «Использовать только при неограниченном господстве штыка», согласно другой — «Красный реакционер, пахнет кровью, использовать позднее»[84]. То, что перед ними — не твердолобый юнкер, а достаточно гибкий и прагматичный реалист, не понимали ни друзья, ни враги. Впрочем, осознавал ли это сам Бисмарк?
80
Keudell R. v. Op. cit. S. 480.
81
Engelberg E. Op. cit. S. 304.
82
Wehler H. U. Deutsche Gesellschaftsgeschichte. Bd. 3. Von der «Deutschen Doppelrevolution» bis zum Beginn des Ersten Weltkrieges 1849–1914. München, 2008. S. 267.
83
Schmidt R. Op. cit. S. 36.
84
Ibid. S. 38.