Агар. Прóклятые
- Автор: Симоненко Юрий
- Серия: Работа над ошибками #1
- Год: 2015
- Язык: русский
- Жанр: Социально-философская фантастика
Электронная книга - «Агар. Прóклятые». Краткое содержание книги:
— Что произошло, отец? — спросил Шедареган старца, когда тот снова замолчал, видимо, погрузившись в воспоминания. — Что произошло, когда вы нашли Агар?
— Вначале, — ответил старец, — я допустил страшную ошибку… Навредил целому миру… Но тогда, покидая Агар, мы всё ещё были парой, семьёй… Уже после, когда я увидел последствия моей ошибки, когда решил остаться здесь, родиться агарянином, от агарянской матери, чтобы всё исправить, я предал её… Предал мою Эинрит! — Последние слова старец произнёс с досадой, словно выплюнул горечь, и, склонив голову, спрятал лицо в ладонях.
Плечи его несколько раз вздрогнули, прежде чем он опустил руки.
— Увидев, что я наделал, я признал свою вину перед Советом. Я сказал им, что должен остаться на Агаре и всё исправить… Сам! Я должен! — Старец блеснул глазами. — А Эинрит захотела пойти со мной… Сказала, что тоже готова пройти через рождение, и потом в течение многих лет вспоминать себя, кто она есть на самом деле… Она даже была согласна родиться мужчиной, чтобы иметь возможность вести активную деятельность и помогать мне… Была готова на что угодно, лишь бы не оставлять меня…
— И ты не согласился… — сказал Шедареган.
— Хуже! Я не мог не согласиться, мой мальчик! — ответил старец. — Твоя Жадит… она ведь послушна тебе? Если ты что-то ей прикажешь?
— Я не приказываю ей, отец.
— Но, если прикажешь? Чего требует закон?
— Закон повелевает ей быть покорной, — сказал Шедареган и, помедлив, добавил: — Именно поэтому, я — первый среди прóклятых.
— И это хорошо! Это правильно, Шедареган! Мужчина, желающий подчинить себе женщину — не мужчина, он — дерьмо! — с презрением сказал старец. — Я не мог приказывать или требовать… У аивлян подобное не принято. Но я хотел избавить её… от Агара… И тогда я совершил то, после чего она не смогла пойти за мной — я изменил своё имя…
…Их союз был союзом свободных. Их полные имена — Эвааль-Эинрит-Эвапахелия-Афарегаль и Эинрит-Эвааль-Арес-Каталина — были свидетельством, декларацией этой свободы. Прежде, до того, как они встретились, их имена были иными. Они изменили их, когда поняли, что не смогут друг без друга, и с того момента они стали друг другу бóльшим, чем просто друзья или любовники — они стали семьёй.
У аивлян, чьи нравы были весьма свободны, — секс для них — одна из множества доступных форм общения, — такой шаг, как изменение собственного имени, означал добровольное ограничение, соблюдать которое обязывал себя принимавший второе имя в одностороннем порядке, ничего не требуя взамен.
Семьи или брака, в смысле, какой обычно вкладывается в эти слова в традиционных обществах, к моменту появления на свет Эвааля у аивлян уже давно не было, как не было и таких понятий как «тейп», «клан», «народность» или «нация». Всё это осталось в далёком прошлом.
Для докоммунистических обществ, ограниченных в ресурсах и потому имеющих внутри себя товарно-денежные отношения, брак и семья — явления обычные и вполне нормальные. В таких обществах традиционная семья необходима уже потому, что представляет собой экономическую ячейку, в которой наследуемое богатство накапливается и возрастает, обеспечивая благосостояние семьи и бизнеса. Но какая польза в браке и семье в обществе, где нет недостатка, а потому и нет денег, нет передаваемых по наследству богатств? Для чего накопления тому, кто фактически бессмертен, и ни в чём не нуждается?
Эвааль с Эинрит не были той традиционной докоммунистической семьёй. Их союз был квинтэссенцией любви — единственного, что только могло теперь связывать мужчину и женщину в обществе без частной собственности и её производных, в обществе, которое само было по сути одной большой семьёй. Но, тем не менее, слово «семья» у аивлян осталось, только смысл его стал иным.
Именно такой семьёй они стали, когда изменили свои имена в самом начале, когда их пути сошлись и стали одним общим путём. Общим до того момента, когда Эвааль вычеркнул имя Эинрит из своего имени…
— Теперь моё имя Эвааль-Эвапахелия-Афарегаль… — с горечью произнёс старец. — Я отказался от неё, стал предателем в её глазах… и в глазах окружающих…
Аиб-Ваал поморщился так, словно ощутил горечь во рту, затем он невесело усмехнулся каким-то своим мыслям и снова посмотрел на море.
— Но каким образом, отец, то, что ты сделал, помешало твоей женщине отправиться с тобой на Агар? — спросил Шедареган.