Дракон, такого просто не бывает...

— Оно и ладно, в другой раз поссоримся. Что встали, проходите в дом. Васька! Базыга! Вот живота гонзе, лихоимец. Как сметанку лопать — первый, а как помочь не дозовёшься.

— Тётя Фива, что бабка коту кричит, — шёпотом спросил Андрейка.

— Ругается, кота старым хрычом называет, грозится жизни его лишить.

Не понять, откуда вылез чёрный толстый кот. Этакой батон докторской колбасы на ножках, точнее сарделька на коротких лапках. И с ним наш Яшка, мордашки у пройдох все в сметане.

— Чуть задержался, так давай, смертушкой грози. А я ей верой и правдой, который год служу. И ты не меня звала, а Ваську какого-то, а я Баюн. Сколько говорить можно? Перед людьми не позорь.

— А где ты людей видишь? Договоришься, на воротник пущу внучкиной шубы. Быстро яства на стол, парню и девам молока неси. Сунете ещё раз нос в подполье в крынку со сметаной аль сливками, тогда не обижайтесь…

Если думаете, что мы зашли в убогую избу, то ошибаетесь. В избушке была только одна комната, но большая, похожая на девичью светёлку. Вдоль стен, полки ажурные, салфеточками вывязанными прикрытые. На них пузырьки с зельями. Под потолком травы сушатся. У окна широкий расписной сундук. В дальнем углу печка выкрашенная известью, петухами расписанная. На остальном пространстве вдоль стен широкие лавки. Кот-Баюн громко замяукал, вздыбил шерсть на спине, и в центре комнаты появился стол, крытый белёной холстиной. Вдвоём с бабусей, он быстро его накрыл. Сделал замечание старухе:

— Ты б прибралась, перед людьми неудобно.

Яга подняла правую руку вверх перед своим лицом и резко опустила, представ на удивление нам двадцатилетней девушкой. Прелесть, какой хорошенькой. Мы с Андрюшкой в ладоши захлопали при виде такого чуда, смутив бывшую старуху. Вроде из-за стола недавно, но при запахах еды, у всех разыгрался аппетит. Сказалось нервное напряжение последних часов. Когда нервничаешь, есть страсть, как охота. Хозяйка, пригласила отобедать, все с огромным удовольствием отдали должное празднику живота. Насытившись и отвалившись от стола, мы с Ягусей завели разговор о житье нашем. Сын с девчонками присел на лавку у единственного окна, и стал клевать носом. Устали. Увидев, что ребята пристраиваются спать, хозяйка загнала их на русскую печь.

— Не знаю, как сейчас к вам обращаться. Баба Яга язык не поворачивается сказать.

Рассмеявшись, хозяйка ответила:

— Ягой и называйте. Я знаю, о чём ты думаешь дочь Ивашкина. Не грусти, не всё так плохо. Фива, отвечаю на твой не заданный вопрос. Пророчество её не касается. У неё другая жизнь, другая судьба, не без трудностей, но счастливая и кроме неё никто не знает, что в её судьбе произойдёт. Как она задумает, так и сбудется. Отвечу и тебе Лана. Давным-давно пращуры нынешних обитателей Глории жили на твоей родной планете Земля. Жили долго и счастливо. Но среди них стали появляться люди, откуда они пришли, ни кто не знает. Их с каждым годом становилось всё больше и больше. Волшебным существам на Земле стало невозможно существовать. Люди стали вытеснять нас с насиженных мест, охотились ради развлечения на драконов, гномов и другие расы. Завязывались периодически небольшие стычки между людьми и волшебным народом. Потом грянула война. Вот тогда на большом совете представителей всех волшебных народов, было решено уйти ради спасения своих жизней с вашей планеты, с нами ушли несколько сотен людей и все человеческие маги. Два, три слабых балия остались на родине, не пожелав её покидать. А на те, народы, кто остался на земле налетел мор. Лекарств нет, магов нет.