Дневники, письма. Воспоминания современников [litres]

Иван письмо мне прислал. Описывает эту самую Закарпатскую Украину. Рай, не место по сравнению с Сибирью. Говорит, что имеет мне костюм. Приедет в отпуск, привезет.

3.3.46 г. Мне везет. Хорошо отдохнул. Буду ждать рассыльной. Странно! Паровоз стал забывать, а прошло три дня! Так всегда: пережитое трудное кажется далеким и легким. Вчера опять нагрузился литературой: обошел библиотеки. Только в пору увлечения Маяковским наиболее подходяща книга В. Каменского «Путь энтузиаста». Она попалась мне совершенно случайно. Я ее прочел. С новой силой будоражит придаток старая мечта. Очень увлекся футуризмом. Даже сам намучил стихи, где такие словечки: краковятится, блевово, гаммит и т. д. Подражание Вл. Вл., но что поделать? Большинство начинало с подражаний. Паровозники, с которыми я ездил много, говорят о том, что, сколько ни учись, дураком сдохнешь. Отчасти правда. Но все-таки в знании и есть правда, что и говорить…

7.3.46 г. Вчера из поликлиники пошел к Борису Найденову. Он уже вышел из больницы, только малость прихрамывает. Все то же. Сыграли в шахматы две партии. Результат ничейный, очевидно случайный, т. к. он играет лучше меня.

Сейчас без 10 минут одиннадцать, т. е. через 10 минут мне будет ровно 18 лет. Итак, 18 лет назад, подчиняясь какому-то капризу природы, какой-то случайной конфигурации, комбинации материи – появился на свет не кто иной, как я. Благодаря этой не то глупой, не то умной ошибке природы я создан таким, каким сейчас есть и другим быть не хочу. Не хочу быть никаким другим! Пусть все недостатки еще более выпячиваются, обостряются, но другим быть нет, не надо, так сказать. Мне пошел 19-й год. Я пока здоров, исключая глаз (близоруки они). Последние часы 18-го года и на 19-м году еще не курил. Я курил 5 лет (легально). Теперь бросаю. Делаю правильно, что и говорить.

Мне 18 лет. Я – накануне выхода в жизнь, накануне окончания учебного заведения. Моя профессия? Я еще не работал, но как я ненавижу свою профессию! Какие противные, надоевшие слова: «Техник паровозного хозяйства». И как мне жить этим техником? Бедный костюм и… очки. Как веселый и общительный парень я, конечно, буду искать общества, и создать в этом обществе определенный вес будет трудно с моими задатками, а особенно придатком (мозговым). Кажется, чего легче, имей талант, время и вот, садись и пиши. Но что поделаешь, если таланта нет, а есть способности и к тому же сокрытые наполовину. Тогда, конечно, одно: большое хотение и работа, работа. Что поделаешь, если ты беден, у тебя нет «шансов» для учебы.

Сейчас дочитал книгу Б. Горбатова «Мое поколение». Хорошая.

9.3.46 г…Интересный народ паровозники. Может быть, под влиянием общих трудностей, одинаково тяжелой работы у всех их, как бы ни были различны эти люди, есть что-то общее, и «это» неуловимо, незаметно до тех пор, пока не живешь с ними их трудовой жизнью, пока не «почувствуешь» паровоза, пока не пообедаешь десяток раз за одним столом с этими скромными и великими тружениками. Много разных способов выражать признательность, симпатию. Паровозник – он не будет говорить ничего, даже глаз его не увидишь, а увидишь, и по глазам ничего не заметно; он не будет благодарить вас и от вас не спросит словесной благодарности. Это особый народ – объединенный своей профессией, со своими сказаниями, преданиями, шутками и специфическими словами. Безусловно, что мы, молодежь, студенты 4-го курса, побывавшие на практике и общаясь с этими людьми, кроме специальных, практических навыков, получили некоторую долю того хорошего, незаметного в характере этих машинистов, помощников, кочегаров, которое не сразу бросается в глаза и которое столь прекрасно после.