Любовница №2358

От последних событий голова шла кругом. И только теперь я вспомнила, что кроме кофе и лимонада в моем желудке с самого утра не было ни крошки. Что ж… разгрузочный день — не самая великая из бед. Настоящим кошмаром было то, что я вызвала Фирела на разговор. Поторопилась. Кто же знал… Теперь мне попросту нечего ему сказать, потому что я не намеревалась ни в чем признаваться. Выход один: обставить все так, что я выдумала предлог для того, чтобы остаться с ним наедине. Больше вариантов не было. В другое он попросту не поверит.

Дерзко. Может быть, глупо. Но это лишь моя работа, и что плохого в том, что я хочу выполнить ее хорошо? Он сам выбрал меня — я не вешалась на шею. Сам. Он прекрасно понимал, что я должна делать, и в какой роли выступать. И я прекрасно понимала. Так чего он хочет? Зачем осложнять? Хочет, чтобы я предлагала себя, как дешевая шлюха? Это его заводит? Если это его предпочтения — я сделаю все, плевать. Но как тогда понимать произошедшее в ресторане? Я была недостаточно настойчивой? Недостаточно развязной? Или он просто издевался, и это доставляло удовольствие?

В этом все дело — мы ничего не обсуждали. Но должны были обсуждать. При самой первой встрече. Обсуждать — это нормально, тем более, если это касается моих обязанностей. Это исключит конфликты, избавит от неловкости. Как постоянно твердила миссис Клаверти: «Диалог — ключ от мира». Это необходимо нам обоим. Я должна была заподозрить неладное, едва ознакомилась с его досье. В графе «Предпочтения» было лишь единственное слово — стандартные. Теперь же чем больше я об этом думала, тем отчетливее представлялось, что все совсем не так. Фирел — слишком значимая фигура, чтобы трясти перед социальным департаментом своим нижним бельем. Тем более, если имеются занимательные подробности.

Я усмехнулась и снова вспомнила Дарку. Она говорила, что чем сдержаннее человек снаружи — тем безумнее он внутри. Кажется, она снова была права. Муравейник, а тем более улица Красных фонарей, учат быстро постигать философию жизни, видеть самую суть. И Дарке есть, у кого учиться. Кармелла — удивительная женщина, несмотря на свое занятие. А Фирел сдержан и холоден настолько, что, согласно этой теории, меня могут ожидать не слишком приятные сюрпризы. За закрытыми дверями могут проявиться все задавленные порывы. Им всегда нужен выход.

Я сглотнула пересохшим горлом, понимая, что есть все основания для подобных догадок. Пусть так — это просто данность. И это моя работа. Нас готовили и к этому, поясняя, что «стандартное» — не единственная допустимая модель. Побои и прочие «прелести», конечно, должны прописываться отдельным пунктом, но очень удивлюсь, если в действительности их когда-либо прописывали. Лицемерие департамента. Мы работаем со слишком высокопоставленными людьми. Мы — лишь средство. И гораздо проще свести синяки и заплатить лишнего — за хлопоты — чем тревожить уважаемого человека.