Все будет хорошо...

Мозг, в шоке, заметался в поисках приемлемого решения. Но решение никак не находилось.

То есть, одно решение было. Смерть — и никаких проблем! НО! Я не могла себе этого позволить. И не только потому, что хотела жить. И это было правдой. А ещё и потому, что не могла убить сразу три жизни, связанные со мной!

— Девочка моя, пожалуйста, смирись! Прими меня! Позволь ухаживать за тобой. Спать… — увидев мое перекошенное лицо, Лейвеллин торопливо пояснила, — Мы будем спать в одной постели… но, я клянусь, что не буду домогаться… только слегка… И в обществе ты будешь со мной доброжелательна, мила и послушна. Тогда никто никаких мер предпринимать не будет.

— Как же я вас ненавижу! — по слогам, тихо и внятно, выговорила я. — Вы сами придумали эти скотские законы, а теперь же мне на них жалуетесь! Я ни в чем вам клясться не буду. Но при первой же возможности — я убью вас или покалечу. И сбегу!

— Милая! Я даже сопротивляться не буду! Твои слова значат то, что с сегодняшнего дня мы с тобой будем спать в одной постели и везде быть как Пара?

Я угрюмо кивнула головой. Можно подумать — у меня есть выбор!

— Солнышко моё! — проворковала извращенка, покрывая горячими поцелуями мои руки.

В это время в дверях что-то с грохотом разбилось:

— Молю вас, мама, простите меня за нерасторопность и непочтительность! Я не нарочно! — в дверях стояла та самая девушка, которой досталось при прилёте.

Мдя… это дочь матриарха?

— Милая, — Лейвеллин погладила меня по бедру, не обращая внимания на то, что меня передёрнуло от отвращения, — Это всего лишь моя дочь. И она ВСЕГДА будет почтительна с тобой и покорна твоей воле. Ведь так, Геара?! — С нажимом произнесла Старейшина, искоса глядя на побагровевшую от негодования девушку.

— Именно так, мама! Я выполню любое ВАШЕ желание!

— Хорошо… — глаза матриарха предвкушающе сверкнули, — Подойди сюда и вырази своё почтение моей Паре… — сильные руки Лейвеллин до боли сжали мои пальцы, приказывая равнодушно воспринимать происходящее.

— Как пожелаете, моя госпожа, — девушка склонилась в поклоне и, не поднимая головы, скользнула от дверей к нам, — Я горда и счастлива тем, что госпожа позволила мне первой быть представленной вам! Для меня это высочайшая честь и огромная ответственность.

Гиара хотела коснуться меня, но Лейвеллин грубо оттолкнула дочь.

— Я приказала выразить почтение и покорность! Но я никому ПОКА не позволяла касаться моей девочки! Никто не заслужил такую честь! Передай всем мой приказ — моей Пары не смеет коснуться никто! Ни телом, ни чем иным! Наказание — Смерть в пасти Песчаного Проглота.

Девушка смертельно побледнела:

— Я немедленно доведу ваш приказ до сведения всех слуг и рабов. Мне будет позволено покинуть ненадолго вас?

— Да. Иди… а мы пойдем знакомиться с НАШИМИ владениями. Позволь тебе помочь, радость моя? — матриарх с трепетной нежностью помогла мне встать на ватные ноги.

Проводив подозрительным взглядом дочь, Лейвеллин быстро зашептала:

— Не верь никому! Особенно — моим дочерям и сёстрам! Они будут стараться подставить тебя, чтобы потом меня шантажировать. Просто знай — я без колебания убью любого ради тебя. И своих детей — тоже! Никого к тебе не подпущу… а теперь — идём!