Жизнь двенадцати царей. Быт и нравы высочайшего двора
- Автор: Снегирёв Иван Михайлович, Свиридов Тимофей Романович
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00180-145-0
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Жизнь двенадцати царей. Быт и нравы высочайшего двора». Краткое содержание книги:
В первой части вы найдете воспоминания Ивана Брыкина, прожившего 115 лет (1706 – 1821), восемьдесят из которых он был смотрителем царской усадьбы под Москвой, где видел всех российских императоров, правивших в XVIII – начале XIX веков. Во второй части сможете прочитать рассказ А.Г. Орлова о Екатерине II и похищении княжны Таракановой. В третьей части – воспоминания, собранные из писем П.Я. Чаадаева, об эпохе Александра I, о войне 1812 года и тайных обществах в России. В четвертой части вашему вниманию предлагается документальная повесть историка Т.Р. Свиридова о Николае I.
Книга снабжена большим количеством иллюстраций, что делает повествование особенно интересным.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Прусские порядки во всём выше российских ставил, церковь православную хотел на лютеранский манер переделать, – а кумиром его был Фридрих Второй, которого он за наилучшего правителя в мире почитал. При императрице Елизавете мы побили Фридриха, но едва она умерла, как Пётр Фёдорович военные действия против Фридриха прекратил и все наши приобретения ему вернул. Посланник же прусский Вильгельм фон дер Гольц, в Петербург прибыв, стал заправлять всей политикой нашей, которую в интересах того же Фридриха проводил.
Все наши славные победы прахом пошли, зря наша армия кровь проливала: горько это было и обидно за Россию! Мало того, что император всё назад Фридриху отдал, он ещё задумал в союзе с ним против Дании выступить, дабы вернуть Гольштейну, который родиной своей считал, отнятый датчанами Шлезвиг. Где тот Гольштейн, где тот Шлезвиг, какое нам до них дело? – однако по приказу императора гвардия должна была из Петербурга выступить и направиться в датский поход. А для командования нами в Россию вызваны были императором его голштинские родственники: принцы Георг Людвиг Гольштейн-Готторпский и Пётр Август Фридрих Гольштейн-Бекский; обоих произвели в генерал-фельдмаршалы, а Пётр Август Фридрих был ещё назначен петербургским генерал-губернатором.
Приказ о подготовке датского похода последней каплей стал: и раньше императора Петра Фёдоровича у нас не любили, а теперь при одном имени его скрежет зубовный раздавался. Языки развязались, не чувствуя страха полицейского; на улицах громко выражали недовольство, безо всякого опасения порицая государя. Между тем, известно было, что сама государыня-императрица Елизавета Петровна в последний год жизни настолько в племяннике разочаровалась, что хотела отрешить его от наследования престола, поручив управление Россией своей невестке Екатерине, как более способной к царской власти. В гвардии таковое мнение все разделяли и за Екатерину Алексеевну выступить были готовы; брат же Григорий особые резоны к сему предприятию имел, поскольку с Екатериной в близкой связи состоял.
После много чего об их связи навыдумывали, а дело было самое простое. Екатерина Алексеевна в браке была несчастна: муж её не любил. Чем она ему не угодила, понять невозможно, а что ещё удивительнее – известно, как он перед немцами благоговел, а она ведь чистокровная немка была, к тому же, родня его дальняя, а вот, поди же ты, всё равно её не любил! В то же время слюбился он с Лизкой Воронцовой, которая решительно во всём Екатерине уступала: была толстой, нескладной, обрюзгшей, – а после перенесённой оспы стала ещё не красивее, потому что лицо её покрылось рубцами. Правы французы, когда говорят, что любовь есть насмешка Бога над людьми!..
Терпя невнимание, презрение и грубость от мужа своего, цесаревна долго молча страдала, пока, наконец, на других кавалеров взор не обратила. Есть женщины, которые в подобных обстоятельствах на себе замыкаются или в Боге утешение ищут, но она была другого замеса – ей любовь требовалась: того, что от мужа не получила, хотела с лихвой от иных мужчин получить.
Первым был Сергей Салтыков, кавалер отменный, с манерами такими, будто из Версаля приехал, и красив, как Аполлон Бельведерский. Позже слухи ходили, что Екатерина сына Павла от Салтыкова родила – это полная чепуха! Достаточно было на Павла посмотреть – как мог такой урод быть на свет произведён красавцем Салтыковым? Нет, отцом Павла доподлинно Пётр Фёдорович был – вот уж точно, яблочко от яблони не далеко катится!..
После того как Салтыкова от двора отослали, полюбила Екатерина Алексеевна поляка Понятовского – тоже был видный кавалер, поляки умеют пыль в глаза пустить. Но верен был ей до конца: через много лет, когда уже и связи между ними давным-давно не было, отдал матушке-императрице польскую корону. Умер он в Петербурге и похоронен был со всей пышностью.