Любовь вне памяти

Сжимаю пальцы рук в кулаки, побелевшие костяшки тут же проступили сквозь кожу, меня просто рвет на части. Какой-то урод, одним движением руля уничтожил, мою семью ту в которой мы все были счастливы.

Дверь палаты распахнулась и на пороге появилась мать Кристины.

- Егор, я понимаю, что ты чувствуешь сейчас, но Кристина моя дочь, и если хоть есть один шанс ее стабилизировать ты не должен этому препятствовать!

- Людмила Сергеевна, вы как себе это представляете? Я ведь люблю ее! Но самое главное у нас дети, дети! Девчонок нельзя подвинуть как не нужную стенку!

- Им нужна мать!!! А мне дочь! Я знаю, что это звучит жестоко, но ты мужчина, ты постоянно работаешь, и женское воспитание им необходимо в первую очередь.

- Вы просите меня о невозможном! И потом, как все это объяснить Алиске с Ксюшей?

- Я думаю они поймут, - женщина присела рядом и судорожно стала искать что-то в своей сумке. В ее руке оказался блистер с таблетками, быстро отщелкнув одну из них положила себе под язык.

- Я ведь вам всегда не нравился, правда?

Она медленно вздохнула и перевела на меня свой заплаканный взгляд.

- Я знаю ты сейчас это не со зла и тебе больно. Но, если ты действительно ее любишь, то позволь ей обрести себя хотя бы с девочками.

Я никак не мог принять тот факт, что я должен отказаться от своей судьбы. Но посмотрев правде в глаза и поговорив с девочками пришел к выводу, что Кристине лучше в том окружении, которое ей удалось вспомнить.

Я вернулся в дом, он встретил меня прохладой и непривычной пустотой. Мне казалось, что постепенно умираю лишь от одной мысли, что я не буду с ними рядом. У нас была на другом конце города двухкомнатная квартира, ее мы планировали отремонтировать и сдавать, а потом подарить Алиске по окончанию школы.

Но сейчас, все кардинально изменилось и мне срочно пришлось ускорить завершение ремонта там. Кристина работала над дизайном и так увлеклась планировками, что в свободное от больницы время прошла курсы дизайнер интерьеров и разработала самостоятельно проект кухни в стиле «Прованс». Я смотрел на эти распечатки и хотел сначала выбросить, но потом все сложил аккуратно в папку и оставил у себя.

Кого можно было мы предупредили и нам все клятвенно пообещали не расспрашивать Кристину о прошлом, а работать с ней и общаться только в реальном времени.

Я превратился в стороннего наблюдателя за своей семьей, щемящее чувство горечи не отступало и казалось жизнь потеряла всякий смысл. И если днем я уходил с головой в работу, то ночами мне постоянно снилась она – любовь всей моей жизни. Моя память стойко напоминала о той, с кем я хотел быть до конца своих дней. Я никогда не идеализировал нашу жизнь, в ней было все, как и в других семьях: размолвки, недопонимания. Но все это только укрепляло наш брак. Когда мы задумались о третьем ребенке, именно в этот самый момент произошла трагедия и лишила нас совместного будущего.

Настоящее время

Два месяца я не жил, а существовал, с неприсущей мне одержимостью я следил за собственной женой из далека. Хотя бы так я старался быть рядом, в один из дней я понял, что больше так не могу и в голову стали закрадываться дурные мысли, тут мне и пришло озарение, что я должен испробовать последнюю возможность для объединения со своей семьей.