Дипломная практика

* * *

Первое, что Галка почувствовала после пробуждения — она выспалась. Второе, что она почувствовала — и что заставило ее мгновенно вскочить — она была не одна в постели.

Первое, что Галка увидела, когда ее глаза согласились сфокусироваться— это то, что она вообще не была в постели. Она сидела на диване, и даже не на своем родном диване в общаге. Оглядевшись по сторонам, она сообразила, что почему-то находится на полицейской квартире, где они поселили Неда. Сам Нед тоже обнаружился в кресле в углу, его глаза поблескивали в утреннем свете, и он с улыбкой наблюдал за судорожными попытками Галки сообразить, что происходит.

И только потом Галка решилась посмотреть на диван. Точнее, на того, кто занимал этот диван вместе с ней. И даже не очень удивилась, обнаружив там нервно моргающего капитана Соколовского. Волосы у капитана стояли дыбом, на щеке отпечатался след подушки. Заставив себя скользнуть взглядом ниже, Галка с некоторым облегчением обнаружила, что капитан одет, только лишился обычного своего пиджака да пара пуговиц на рубашке расстегнулась. Да и сама она была одета, а значит ничего… ничего особенного не случилось.

Капитан потряс головой, оглянулся и, похоже, пришел к тому же выводу. По лицу его скользнуло не поддающееся расшифровке выражение, после чего он уставился на Неда, справедливо решив, что если кто-то и может прояснить ситуацию, то именно бог.

— Что случилось? Как мы сюда попали?

— Неужели ты не помнишь, дитя?

— Я не дитя, — проворчал капитан. Голос его с утра был глуховатым и хриплым. — И я все помню. Кроме того, как мы вернулись сюда.

— Я нас всех доставил, — сообщил бог, поднимаясь из кресла и направляясь куда-то прочь из комнаты. — Я и забыл, насколько весело бывает на празднике фей. И насколько сильнее это веселье действует на всех остальных.

Бог скрылся в коридоре, потом с кухни донеслись звуки открываемых дверей шкафов. Русалка склонила голову набок, пытаясь припомнить вчерашние вечер и ночь, но в голове мелькали только обрывки воспоминаний: бархатный голос поющего Стефана, сладкий привкус фейского вина, неудержимая энергия, заставляющая ноги двигаться в непрерывном танце. Горячие тяжелые ладони на ее талии. Черный силуэт, заслонивший небо, и искры в глазах, сияющие ярче звезд. Другой, незнакомый вкус на губах, на языке.

Кровь бросилась Галке в лицо, и она поторопилась отвернуться.

— Вы… кхм… вы правда все помните, капитан?

Ответом ей был тихий смех.

— Галина… вам не кажется, что несколько… странно обращаться ко мне по званию после того, как мы вместе танцевали на празднике фей?

— И как мне теперь к вам обращаться?

— На ты, для начала. — Галка рискнула бросить взгляд на капитана и убедилась, что он улыбается какой-то незнакомой, едва заметной улыбкой. — И по имени.

— Ну, тогда скажите мне ваше имя… капитан.

— А я не?… — снова раздался тихий смех. — Надо же, а ведь действительно не говорил. Вот это точно странно. Финист. Меня зовут Финист. И да, мои родители считали себя большими шутниками.