Застрявшие. Блюз наших ошибок

Бой остановился, все злостные взгляды были прикованы к блондинке, которая задела за «живое» обе воинствующий группы. Ей удалось привлечь внимание к своей скромной персоне, в попытках держать спокойное и где-то даже хладнокровное лицо, она осмотрелась, чтобы убедится в реальности происходящего.

– Для того, чтобы привлечь внимание нужно временно убивать ваших единомышленников? – проговорила девушка, её оскал, с которым она укоризненно смотрела на всех присутствующих заставлял оцепенеть – Вы – вершины пищевой цепи, – блондинка выпрямилась, боль утихла, голос стал ровным. – Самые сильные, самые умные существа во всём мире, – восхваляла Романова . – И вы ссоритесь из-за проблем смертных? Опускаетесь до их уровня? Который переросли века назад?

Её слова были сравни сильным рукам, которые вколачивали вас в землю, опуская всё ниже, заставляя пресмыкаться и ощущать дикое желание быть выше этого, стать этими самыми сильные руками.

– Ты вырвала мне сердце! – послышался мужской голос, за ним тоже самое повторил другой очнувшийся.

Она обернулась к ним, склонив голову на бок, будто насмехаясь над их человеческим мировоззрением.

– И вырву ещё раз, – она сложила руки на груди и сделала шаг ближе. – И ещё раз, – её будто бы это забавляло. – И я всегда буду это делать, поступать с вами как с примитивной человеческой оболочкой, потому что именно так вы себя и ведёте.

Отвращение, которое слышалось в каждой ноте её голоса хотелось тут же смыть в Темзе и больше никогда на себе не ощущать.

– Светловолосая права, – сказал один из присутствующих. – Мы выше этого.

Минута. Две. И всё наладилось, вошло в мирное русло и Дхармы продолжили общаться между собой. Один лишь Каспар, один из тех, кого забавляла вся эта ситуация, был недоволен. Когда девушка вышла из помещения, он нагнал её, с размаху вжал в стену.

– Что ты себе позволяешь, новенькая? – буквально выплюнул он.

Она попыталась оттолкнуть его, но сила, с которой он держал девушку была в разы больше её и если ей это приносило нестерпимую боль, то у него было куда больше терпения к подобному.

– Думаешь сказала пару слов, вырвала сердца и всё? Всем разногласием конец? – говорил тот.

После смерти Беллы немец поменялся, он стал злее и стравливание других приносило ему радость, а тут…какая-то новоиспечённая девочка, которая помешало его детским и где-то смешным забавам..

– Ещё раз попробуешь что-то такое устроить в моём присутствии, – начал угрожать он.

– И что? Что ты мне сделаешь, Каспар? – спросила девушка.

Ей явно было всё равно на то, что сделает, скажет или вытворит немец, ничего дорогого её сердцу в этом мире больше не осталось на данный момент.

– Твоя злоба на весь окружающий мир заставляет тебя атрофироваться, идти в обратном направлении эволюции, и всё, чем ты можешь меня напугать – так это подобием того, что сделал тот парень с твоей девушкой, – она не называла имён, но в сердце его взмыл огонь ненависти, он был готов вырвать её сердце здесь, да так, чтобы она не очнулась ещё очень долго.