Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние

– Да, я Азариэль Хартлендский. Мне ваш помощник сообщил, в чём вы нуждаетесь и что вы даёте за, как он сказал: «реликвию древнего народа».

– Почему «Хартлендский»? – Со вскользь прошедшей улыбкой спросил данмер, ведомый научным интересом стремившись узнать о высшем эльфе как можно больше. – Вы родом из Сиродила? Или что-то знаменательное свершили на берегах Румаре?

Словно в симметричный ответ альтмер слегка улыбнулся. Его тонкие губы, их края, слегка шевельнулись и тут же снова опустились, прижимаемые глубокой душевной болью. Эта улыбка, выдавленная сквозь боль, продлилась менее секунды.

– Это прозвище появилось после места…м-м-м…моей последней значимой работы. Да, можно сказать, я там свершил знаменательные дела. – Словно выкручиваясь, выплеснул высший эльф последние строки и тут же, не давая шанса данмеру на дельнейшие расспросы, касаемые своего прозвища, сам задал вопрос. – А вы откуда?

– Я учёный, занимаюсь изучением различных технологий двемеров. А так же чародей и инженер.

– Понял. И кстати, а почему мы встречаемся не в самом Морнхолде, не даже в местном трактире, а на пирсе под ветром и дождём? – Решил тут же поинтересоваться Азариэль.

– Вам есть разница, где получать деньги? – чуть не вспылил тёмный эльф и продолжил в том же духе. – В таверне, в городах или деревне, или даже лесу… деньги нигде не перестают быть деньгами.

– Хорошо, – и запустив руку под плащ, альтмер на бечёвке достал его; амулет, больший похожий на шестерню, сделанную из золота, слегка покачивался под штормовым ветром и каждая капля, попадшая на золотистую поверхность, словно начинала блестеть изнутри. – Эту шестерёнку я сорвал прямо с трупа бандитского князя. При штурме его Вольного Города погибли практически все наёмники, и большая часть морнхолдского королевского отряда, прибывшего на подмогу и нарвавшегося на подкрепление бандитов. – Проговорил Азариэль, явно набивая цену этому амулету.

– Я понял, к чему вы клоните. Поверьте, я за него готов дать за этот кусочек золота не менее чем тысячу септимов медью.

– Хм, просто за это золото в любом музее я могу получить не менее полутора тысяч септимов, а какой-нибудь коллекционер двемерских редкостей может и то дать две тысячи. Сама конструкция амулета говорит о том, что это некий механический ключ или составная часть устройства. – После этих слов Азариэль усмехнулся. – Но вы не просто собиратель редкостей. Вы инженер и учёный. И я так полагаю, вы уже знаете, что он открывает.

– А вы я смотрю не только воин, – с толикой недовольства в голосе начал тёмный эльф. – Вы ещё и торговец, который стремиться урвать выгоду. В вас крови Хлаалу нет?

– Так же, как и вы, – с упрёком ответил альтмер. – Все мы в какой-то мере торговцы, когда начинаем думать, как получить выгоду от мира.

– Я это делаю ради науки, а не ради того, чтобы сэкономить средства. У меня много проектов, в которые я вкладываю средства, – на грани самодовольства заявил Валс.