Война за Пустоши [litres, с иллюстрациями]

Продолжая отхлебывать вино, орк с удовольствием перечислял мельчайшие подробности прошедшего штурма и особенно последовавшего за ним грабежа, но я слушал уже вполуха. Значит, захват Барка — только начало, война продолжится. Глуум копит силы, вооружается, набирает новых наемников. И это степных орков совершенно не смущает. А еще совсем недавно они бы даже не поняли, как это можно — воевать не своими руками. Меняется Орда, сильно меняется. И мне эти изменения почему-то совсем не нравятся.

Мои размышления прервал рев труб, раздавшийся на площади. Орки дружно повскакивали со своих мест и заорали так, что звуки труб на несколько мгновений утонули в их радостных воплях.

— Глуум! Глуум! Глуум! — ревели зеленокожие.

На площадку въехала орочья боевая колесница. Более легкая и маневренная, чем ее грубоватые северные собратья, обитая по бортам листами начищенной меди с чеканными изображениями дракона. Вдоль борта скалились черепа орков, людей и гномов, подвешенные на специальных крюках. Вместо лошадей колесницу тянули десяток гномов и два человека. По бокам от них шли двое стражников-орков, время от времени подгонявших прикованных к дышлу пленников плетеными бичами. Страшная вещь в умелых руках. Удар такого бича способен рассечь тело до кости не хуже, чем иной клинок. Но погонщики, хоть и не слишком скупились на удары, били явно вполсилы. Впрочем, тянувшим колесницу от этого если и было легче, то ненамного. На их телах в изобилии виднелись багровеющие кровоточащие рубцы, а некогда богатая одежда превратилась в сплошные лоскуты. Оставалось непонятным, как эти окровавленные и изорванные в клочья тряпки вообще держались на плечах их обладателей.

А на колеснице во весь рост стоял нынешний Великий вождь и Повелитель Степи Глуум. Сейчас он ничем не напоминал того неподвижного молчаливого правителя, которого я видел днем. Глуум радостно ревел вместе с толпой, скаля клыки и потрясая в воздухе здоровенным луком.

Свободной лапой орк придерживался за торчащий из борта колесницы шест, увенчанный вместо обычного для степного вождя племенного бунчука литым драконом. Судя по мягкому блеску металла, золотым. Сам вождь тоже сиял золотом браслетов, к которым он добавил многочисленные цепи и ожерелья, свисающие с толстой шеи. Колесницу окружали стражники — крупные орки в тяжелых боевых доспехах. Щиты стражи украшало изображение такого же дракона, что и на колеснице их вождя. А за колесницей шествовали приближенные, среди которых я увидел Богдо-аб-Учеха и, к некоторому удивлению, своего дорожного знакомого, одноглазого Хурца-аб-Балуу. А вот советников, которые меня встречали вместе с ним, я в толпе придворных так и не заметил. Похоже, их на пир вообще не позвали. Вот тебе и советники. Интересно получается, значит, главным в отряде, который меня встречал, был именно Хурц, а не эти шуты. Но зачем такой маскарад?