20 000 километров по Индии
- Автор: Наумов Донат Владимирович, Яблоков Алексей Владимирович
- Год: 1968
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «20 000 километров по Индии». Краткое содержание книги:
Подходим к большим черным валунам, наполовину скрытым водой. Здесь действительно нет такого сумасшедшего наката, как на открытом берегу, и можно без особого риска зайти в воду. И тут видим, что в самой большой скале, на ее стороне, обращенной к морю, по бокам небольшого отверстия стоят две искусно вырезанные фигурки. Пещерный храм в миниатюре! Здесь, оказывается, кругом потрудились камнерезы!
Если пойти от Прибрежного храма на запад, все дальше от моря, мимо поселка, повернуть по асфальтированной дороге на юг, то через полчаса вы попадете в небольшую песчаную долину, на плоском дне которой стоят пять ратх (колесниц)[21]. Специалисты с упоением рассказывают о проявившемся в них сочетании дравидийской архитектуры с поздним буддийским влиянием.
Дворцы Бальзар Саманда.
Окрестности Джодхпура
Дели, Тибетский базар — бронза, дерево, камни…
Обручение Минакши и Шивы. Мадура XVI в.
У ног Гоматешвары Шравана Белгола, Майсур
Размышления
На острове Крусадай
Фестиваль в храме Шивы, Эрнакулам
Странствующий садху
Четыре храма-колесницы, сделанные каждый из огромной скалы, стоят на одной прямой. Рядом еще один храм поменьше. Фигуры слона, льва и священного быка Нанди также вырублены из огромных монолитов. Каждый храм своеобразен. Первый, самый большой, пятиярусный. Этажи идут вверх уступами, и храм завершается небольшим восьмиугольным куполом. Все храмы снаружи украшены сложным скульптурным орнаментом и множеством фигур. Нет и следа того примитивизма в характеристике людей и животных, с которым мы встречаемся в изображениях такого типа. Все выполнено очень реалистично, это видно и на фотографиях Нанди и части скульптур третьей ратхи.
Поймав еще несколько крабов, упаковав нежные раковины моллюсков, возвращаемся к машинам, где наши спутники помогают Николаю Сергеевичу собирать поврежденные насекомыми веточки. В дело пущен запасной секатор, перочинные ножи, маленький топорик. Гора ветвей и ворох листьев уже лежат на заднем сиденье автомобиля. Всю дорогу до следующей остановки Николай Сергеевич будет укладывать сборы по коробкам. Вечером в гостинице все коробки будут раскрыты и поставлены для просушки перед вентилятором. Только совсем сухой гербарный материал можно упаковать для отправки в Ленинград. Но как трудно высушить мясистые тропические растения в этом влажном климате! Хорошо еще, что кокцид не надо сушить — они и так вроде сухих чешуек.
Времени остается в обрез: сегодня мы еще должны посетить заповедник Ведантангал. Но наши товарищи уже осмотрели как следует «величайший и прекраснейший в мире наскальный рельеф» (как сказано в путеводителе по Махабалипураму), и мы отправляемся к ближайшим наскальным изображениям.
Тысячу лет простоял на одной ноге великий отшельник Арджуна, прежде чем богиня Ганга сжалилась над ним и сошла с небес на землю, дав жизнь и благополучие индийскому народу. В этом благородном деле принял непосредственное участие и Шива. Чтобы Ганга могла спуститься на землю, пришлось Шиве подставить свою голову с божественными кудрями. По этим кудрям и сошла Ганга на землю Индии. Ганга была прекрасна, и ревность супруги Шивы, грозной Дурги, понятна. И много еще чудес случилось и на небе и на земле благодаря великому подвижничеству отшельника Арджуны. Все эти события и запечатлены в огромном (площадью около 300 квадратных метров) наскальном изображении. Это изображение — главное, но не единственное в Махабалипураме. Здесь есть и сцены, изображающие Вишну в образе Вепря, поднимающего Землю из пучин океана, и сцена боя богини Дурги с демоном Махиса сурой, и много других[22].
Часть самого большого в мире наскального
рельефа Махабалипурам, VI в. н. э.
Всего в Махабалипураме около сорока храмов, пещер, наскальных изображений, которые были сооружены в годы правления династии Паллавов — в IV–VIII веках нашей эры. Для одного только осмотра их надо потратить не шесть-семь часов, которыми мы располагали, а несколько дней.
Уже далеко за полдень. Обедаем в роскошном туристском бунгало (вроде Обезьяньего дома в горах Нанди) на окраине Махабалипурама в густой казуариновой роще. Здесь принято обедать за общим столом, и нам не повезло. За столом, накрытым человек на двадцать, — наша группа, молчаливая семья каких-то симпатичных индийцев (потом выяснилось, что это был министр здравоохранения Индии) и без умолку болтающая английская журналистка. Она нас извела окончательно и испортила весь обед. Каждого она принялась выспрашивать о его вкусах и интересах. Не особенно слушая наши медлительные речи, она рассказывала что-то, пока собеседник собирался с духом, но стоило надолго замолчать, как она принималась снова задавать вопросы.
— Доктор Менон, а как же заповедник? Ведь уже поздно?
— Не беспокойтесь, друзья, все точно распланировано. Как раз время двигаться к машинам.
Дорога ведет нас в глубь Коромандельской береговой равнины. Пески, рощи казуарин, закрепляющие дюны, тут и там голые пальмы с венчиком листьев на вершинах и хижинами у основания. Постепенно к дороге подбираются рисовые поля — здесь они занимают три четверти всей обрабатываемой площади. Остальное — под баджрой (вид проса) и арахисом. Кое-где низкий кустарник. Часть рисовых полей уже убрана. Наступил сезон тхаи (январь и февраль), и через одну-две недели начнется массовая уборка основного урожая риса. В этот сухой сезон крестьяне спешат совершить паломничество, сыграть свадьбу, починить дом. Впрочем, все эти дела — только после уборки риса. С марта по май местность выглядит здесь совершенно выжженной. С июня начинают выпадать редкие дожди, и крестьяне, как к бою, готовятся к периоду дождей — это то время, о котором у нас говорят: «День год кормит». В июне — июле высеваются суходольные культуры: раги, кунжут, арахис, бобы и специальные сорта суходольного риса — кар. Все эти культуры убираются в сентябре — октябре, когда вовсю льют дожди. Тут-то и наступает период сева риса — самба. Урожай уберут в начале января. Таков сельскохозяйственный год у здешних жителей.
Незаметно проехали 30 километров. Дорога на Капчипурам взбирается по плавным холмам. Где-то здесь, рядом, есть храм на знаменитом во всей Индии холме Тирукаликундрам. Ежедневно в полдень на этот холм прилетают огромные чернокрылые коршуны (Elanus caeruleus) и берут пищу из рук монахов. По преданию, они отдыхают здесь на своем ежедневном пути от Варанаси в долине Ганга в Рамешварам — островок в начале Адамова моста (от Индии до Цейлона)[23].
21
Первоначально, очевидно, всякий индуистский храм изображался в виде колесницы бога. От того периода у некоторых храмов сохранились по бокам огромные каменные колеса, как сохранился обычай по торжественным праздникам украшать и возить священные колесницы. Здесь же ратхи совсем не напоминают колесницы.
22
Ярко описаны эти барельефы в книге В. Крашенинникова, «По Декану» (М., 1963).
23
На самом деле чернокрылые коршуны, так же как и другой вид, обычно встречающийся у храмов, — брахманские коршуны (Haliaster Indus), обитают постоянно в одном и том же месте. Основная пища первых — крупные полевые насекомые, мелкие ящерицы, мышевидные грызуны. Брахманские коршуны обычно живут в местности, где достаточно воды, питаются лягушками, ящерицами, небольшими змеями и даже рыбой. На территории храмов эти коршуны действительно непугливы и позволяют приближаться к себе на 1,5–2 метра, а иногда и кормятся из рук монахов. Мы сами видели такие сцены во время посещения Джайнского святилища с Гоматешварой в штате Майсур.