Две параллельные (СИ)

Вскоре мы подъезжаем к тихому круглосуточному кафе 'Малик'.

- Почему здесь?

- Погосян сказал здесь.

- Что ему нужно от меня?

- Ты ведь знаешь, - говорит Эдо, - ему просто необходимо знать, где его шавки обитают.

- Идиот, - я кулаком попадаю в плечо друга. Больно. Возможно за что-то, что мне не очень понравилось из сегодняшнего вечера.

- Тише, - морщится он, потирая ушибленное плечо.

Я выхожу из машины и бросаю взгляд на Читу, она не спускает с меня своих удивительных серых глаз. Зачем она поехала со мной? Но об этом я подумаю позже.

Погосян сидит с пятью парнями, у них раскинуты карты на столе. Среди которых, естественно, его верный пес - Азим. Когда взгляд Погосяна останавливается на мне, то губы растягиваются в улыбке. Такой, словно это змея, собирающаяся съесть мышь. Впрочем, он всегда так улыбается.

- Какие люди! - восклицает он, привлекая ко мне внимание. Я сажусь на отдельное кресло рядом и здороваюсь за руку с каждым. Погосян протягивает мне сигарету, и я закуриваю.

- Ты все же такой упрямый сученыш, а? - ещё шире улыбаясь, говорит главарь, в глазах проблескивает металл, - погуляйте пять минут.

Все остальные парни, молча, встают и отходят. Я слежу за струйкой дыма, которую выпускаю из-за рта.

- Куда пропал? - спрашивает Погосян, вскидывая официанту руку с двумя пальцами.

- Твои парни отравили меня наркотой и я вляпался.

У Погосяна не дергается ни один мускул на лице.

- Неужели? - спокойно выдыхает он, когда приходит официант и ставит две дымящемся кружки кофе перед нами, - ты думаешь, они это сделали с моей подачи?

- Да, - честно отвечаю я.

Погосян слегка щурится, затем хрипло смеется. Мне совсем не смешно.

- Ты засранец, - говорит он, - если бы мне было нужно рассчитаться с тобой, я бы тебя просто приложил.

- А что тебе нужно?

- А ты не думаешь, что это не я?

- А кто же? Может Эдо? - спрашиваю я. Погосян оглядывает кафе медленным внимательным взглядом. Людей немного, поэтому не на ком остановить взгляд.

- Расскажи мне, что случилось, - приказывает он, когда фокусируется вновь на мне. И мне ничего не остается, как все ему выложить. На удивление, он слушает очень внимательно, не перебивая. И когда я заканчиваю, у нас образуется минутное молчание.

- Значит, ты живешь в доме стоящем больше, чем твоя грёбаная жизнь, - задумчиво произносит он.

- Выходит так, - отзываюсь я, - Азат, зачем я тебе?

- Я волновался, - отвечает Погосян, ага как же.

- Азат, дай мне эти три недели, и я вернусь. У меня юридически оформленный договор...

- А ты сможешь? - спрашивает главарь, облокотившись о стол.

- В смысле?

- Красивая жизнь увлекает, мальчик мой, - назидательно говорит он, и его толстый золотой перстень с рубином поблескивает в скупом свете помещения. Я тушу сигарету о пепельницу.

- Перестань, - кидаю я, и чуть наклоняю голову в бок, - ты говоришь, как мой долбаный папаша. Я живу реальностью, и мне срать на эту красивую жизнь, ясно?