Брендинг, как сексуальное извращение (СИ)
- Автор: Нарватова Светлана Упсссс
- Серия: Ликбез #1
- Год: 2013
- Язык: русский
- Год: СамИздат
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Брендинг, как сексуальное извращение (СИ)». Краткое содержание книги:
— Он так орет, — Тимур поморщился, хотя собеседник и не мог увидеть его невербальную реакцию.
— А почему не уберешь нахрен?
— Так вроде по статусу положено.
— На «положено» с прибором наложено. Секретарша твоя вот тоже не любит, как он орет, а потому выход на динамик перецепила на наушники. Наверное, с регулятором громкости. А чтобы тебе не приходилось утруждаться кнопочку нажимать, она ее изнутри заблокировала во включенном состоянии.
— Б…дь, не офис, а кружок технического творчества! И что, никто не видел, как она в наушниках ушки греет?!
— Тимур, ну я видел ее в наушниках, и не раз. Так даже похвалил в душЕ девицу, что она посетителей своим Биланом не угнетает. А если человеку под музыку лучше работается, так это же не повод для наказания.
— Анатомирование крысы будем производить с утра?
— Тимур Александрович, любезный, любопытство — еще не повод для судебного разбирательства. Нам нужны твердые доказательства промышленного шпионажа из корыстной заинтересованности, тогда можно рассчитывать на срок от трех до пяти. Хотя могут и штраф впаять. До размера годовой зарплаты.
— Ну так, пилите, Шура, пилите!
— А то сам бы я не догадался!
— Но ведь не догадался же.
— Не надо мне больную мозоль оттаптывать. Всё, я тебе доложился, отбой.
— Отбой.
Тимур посмотрел в окно. Темнота уже приняла зимний город в свои гостеприимные объятия.
Он быстро оделся, купил тортик и поехал к Коте. Повод, как-никак!
Оказалось — никак.
Екатерина Андреевна нынче вечером не осчастливила посещением свою квартиру. А на телефонный звонок ответила смс-кой «Рабочий день уже закончился».
«Мы узнали, как Люся это делала», — выложил Тимур свой козырный туз. Все же любопытство сгубило не одну кошку.
Увы, в этом раскладе его козырный туз не сыграл. Котя не ответила ни на смс-ку, ни на последующий звонок.
Два последующих дня служба безопасности рыла землю вокруг Людмилы, но ни следов денег, ни контактов с конкурентами обнаружить не удавалось.
А в пятницу с утра Люся явилась с заявлением на увольнение и роскошным фингалом под глазом, частично скрытым «штукатуркой» и затемненными очками.
— Что это ты вдруг решила нас бросить? — доброжелательно поинтересовался Тимур.
— Тимур Александрович, давайте обойдемся без этого. Я уже убедилась в том, что вы превосходный актер. Вы в курсе, так что я не вижу смысла оставаться здесь. Да и в городе в принципе, — она машинально коснулась синяка.
Тимур нажал циферку быстрого набора на сотовом:
— Жень, у нас тут… ривелэйшн намечается.
Эсбэник влетел в кабинет меньше чем через минуту и, заглянув одним глазком в заявление, присел за стол по правую руку от начальника.
— Чем же мы вас так обидели, Людмила Михайловна? Иль начальник не угодил? Или наказали вас несправедливо? — поинтересовался Змей Женька с интонацией точь-в-точь «иль в салате по-милански не хватает трюфелей?»
— Да не берите в голову, — Люся тоже присела. — Всё то. Дело в деньгах. Как это говорят? «Люди гибнут за металл!»
— Когда люди гибнут за металл — это понятно. А Екатерина Андреевна за что пострадала? Она-то вам что плохого сделала? — поинтересовался Тимур.
— Ничего личного. Просто вы так здорово подставились на Новом Году… Сначала Тяжелков пытался до вас дозвониться. Потом я несколько раз набирала Катин домашний — тишина. А когда утром она ответила, то так неумело врала… В общем, оставалось всего делов-то — обеспечить достоверный повод для разрыва. Кто же знал, что всё настолько серьезно, что даже Питбулька вас в зубах не удержит…
На откровенное непонимание мужчин Люся пояснила:
— У нас во дворе так Нору звали. Если она на что глаз положила, у нее это было не забрать.
— Так вы с нею с детства знакомы? — удивился Тим.
— Конечно. Она меня и пристроила сюда. Чтоб я за вами приглядывала. Но я в накладе не осталась.
— А с интеркомом сама придумала или подсказал кто? — задал вопрос Змей.
— Случайно вышло. Там действительно кнопка заела. Так интересно было послушать… А дальше… Я, конечно, политен так и не закончила, но трех курсов хватило, чтобы переключить провода с динамика на наушники. Они, правда, «горят» часто. Но авантюра окупилась.
— Много денег получили?
— Все относительно. Что для меня много, для Тяжелкова — два пальца об асфальт. А вы зачем интересуетесь, Евгений Петрович? Прицениваетесь или пытаетесь сориентироваться, какую сумму искать?
— А вы, Людмила Михайловна, уверены, что мы не найдем?
— Уверена.
— И все-таки не выезжайте пока из города.
— А что, я под следствием?
— Пока нет. Но уже почти.
— И в чем вы хотите меня обвинить?
— В промышленном шпионаже, Люсенька, — вмешался в их диалог Тимур.
— Тю-у-у. Так это еще доказать нужно…
— Ну, у нас, например, есть запись этого разговора.
— Ну, так и подотритесь ею, Тимур Александрович. Евгений Петрович в уполномоченных органах уже давно не работает, а вы, как мне известно, и не работали никогда. С таким бланшем сейчас меня и мама родная не узнает. А «монолог злодея» я вам дарить не собираюсь.
Тимур перевел недоуменный взгляд на Змея.
— Ваша секретарша, которая не от слова «секрет», намекает, что в суде эта запись как доказательство почти наверняка принята не будет. И даже по голосу ее невозможно идентифицировать, потому что обычно эксперту требуется минута непрерывного говорения. Вроде, и судимостей у вас не было. Откуда такие уголовно-процессуальные познания?
— Должна же я была узнать, чем рискую. Так что, Тимур Александрович, мне еще две недельки повредить, или сразу подпишете?
— Тимур, подписывай. Я эту гадюку все равно достану.
— Ай-ай-ай, Евгений Петрович… Что ж вы так? Я-то обрадовалась: то всё «Люськой» была, а тут вдруг стала «Людмилой Михайловной». Такое повышение! Не успела погордиться, а вы — хоп! — и сразу «гадюка». К тому же я не понимаю, а что вам не нравится? Всё же разрешилось к вящей выгоде сторон.
— И в чем же выгода? — поинтересовался Змей.
— «Pretty women» получил хороший проект; вы — еще лучший, судя по отзывам; я — деньги; Тимур Александрович — свободу от Питбульки; Катя — Тимура Александровича. Все довольны. Позитивизм нужно развивать, Евгений Петрович, глядишь, и вам счастье улыбнется.
— И как позитивизм объясняет ваш подпитый глаз?
— А чего его объяснять? Что в нем непонятного? Просто не все могут оценить ваши дурацкие шутки, Тимур Александрович, — обратилась Люда к исполнительному директору. — Ну что, я свободна?
— Женя, у тебя еще вопросы есть? — спросил Тимур.
Женька пожал плечами. У него вопросов не было.
— Кто бы мог подумать, что крыса окажется такой крысой! — выплюнул змей Женька, когда Людмила закрыла за собой дверь.
— Ты давай закачивай тут с развешиванием бирочек. Что, запись совсем никуда не пойдет?
— Почему же. Для предварительного следствия сгодится.
— Ну так и не задерживайся с этим самым предварительным следствием. Подтягивай Игорька и сегодня же оформляй заявление. Причем постарайся, чтобы информация о деле «случайно» просочилась в пару — тройку сетевых СМИ с высоким рейтингом на поисковиках. И чтобы фамилия Люды там «нечаянно» прозвучала. Будем надеяться, что ее следующий работодатель или хотя бы его отдел кадров со всемирной паутиной на «ты». И копию записи мне сделай. Я ее Кате покажу.
— Неужто помирился?
— Неа. Но надежды не теряю.
— Ну хоть кому-то из нас не нужно развивать позитивизм!
— Жень, это — оптимизм. Позитивизм — это «ну и что, что Катя со мной не разговаривает, зато я мышцы подкачаю». Слушай, вы спортзал два раза в неделю арендуете, а чем там занимаетесь?
— Рукопашкой.
— Жаль. Я всё больше по восточным…
— Да какая в макивару разница! Тут раз весь кайф — поработать с другой техникой. Если напрашиваешься присоединиться — присоединяйся. Мы по средам и субботам. Пока!