Пойдем провожу тебя, бестолковка
- Автор: Гарцев Александр
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Selfpub.ru (искл)
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Пойдем провожу тебя, бестолковка». Краткое содержание книги:
Заводской рабочий день, если он не начнется с курилки, и не день вовсе, и не рабочий, а так себе. Все на производстве начинается с курилки. Курилка – это для всех рабочих, мастеров – святое. Даже заместители начальника цеха не чураются посидеть рядом с народом, затянуться пару раз, погуторить, проблемы цеховые послушать, а уж про технологов, да мастеров и говорить нечего. Постоянные посетители.
Для всего цехового люда курилка и место встречи, и комната психологической разгрузки, где и пожаловаться можно то на снабженцев, которые материал не тот завезли, отчего и резцы крошатся, и станки надо на ремонт останавливать, то на инженеров из конструкторского бюро, установили новый контрольный полуавтомат, а наладить никак не могут, гонит брак и все. Зачем и автоматизация такая. Да мало ли проблем у рабочего человека, то слесаря не дозовешься, то электрика.
Им – то, обслуживающему персоналу, некуда спешить, а у работяги норма, такая, что каждая минута на счету, в туалет и то бегом. А эти, обслуживающий персонал, никогда не спешат. Вот их бы зарплату сделать от нашей выработки, не стали бы тянуть с ремонтом- то.
Глеб любил сюда заходить. Привычка.
В курилке уже дым коромыслом.
–Чуваки, все привет! – картинно машет рукой только что зашедший Стрема, размахивая своими длинными до плеч космами.
Подсаживается к Глебу.
– Ну что, солдат, на танцы пойдем?
–Без проблем, – ответил Глеб, закуривая, – Где соберемся- то?
–У Дергача, как всегда?
– Заметано.
Что-то уже надоедают Глебу эти постоянные еженедельные воскресные «танцы-манцы». И с каждой затяжкой все большая неудовлетворенность своим этим бесхитростным бытом охватывала его. Работа, танцы, выпивон небольшой. С понедельника снова работа, пятница-суббота выпивон, танцы. И так уже месяца два.
Все чаще Глеб с ностальгией тоской и радостью вспоминал свою еще недавнюю, и казалось тогда надоевшую армейскую службу. Частенько что-то в последнее время вспоминает он эти утренние круги по плацу мимо казарм, топот десятков сапог, веселые бодрящие окрики замкомвзвода запыхавшимся новичкам.
–Не отстаем, ребята, не отстаем.
С удовольствием бы он сегодня пробежал эти привычные полтора – два километра по ставшему родным за два года службы плацу. Плац – это жизнь, и праздники, и присяга, и награды, и грохот марширующих колонн. Все здесь, на плацу, вся жизнь солдатская.
Глеб вздохнул. Снайперским щелчком закинул окурок в дальний чан с водой и пошел к станку. У Ивана вон уже вовсю гудит. Норму Глеб делал легко, сноровисто. Ничего, догоним старика.
Рабочий день пролетел быстро. Домой Глеб решил идти пешком.
На улице был то ли дождь, то просто какая-то пасмурность. Настроение было скверное. Но и дома сидеть даже в такую погоду не хотелось. Что сидеть-то?
Письма из подготовительных отделений еще не пришли. А он уж записался и деньги заплатил на подготовительное отделение в Пермский медицинский институт. Хотел Глеб стать врачом-психиатром. Людям помогать. И от МГУ тоже ждал.
Как рабочий и после армии он имел все шансы поступить и туда на рабфак вне конкурса. И журналистом Глебу тоже очень хотелось стать. Вот в два эти института он и записался на подготовительные курсы. В оба его приняли. И вот он уже ждал первых заданий.
А куда потом документы подаст? Глеб еще будет думать. Время есть. А сейчас к друзьям. Воскресенье. Вечер. Танцы.
Стены домов в этом районе поселка желтые. Когда-то были. Но со временем стали неопределенно-серо-желто-зеленоватыми. То ли от сырости и плесени, то ли вылезшей местами штукатурки. Но они совсем потеряли всякие намеки на цветность.
Да и весь этот рабочий поселок, прилегающий к заводу, состоял из таких же двух и трехэтажных домов. Построены они были в сороковые и пятидесятые, и считались тогда шиком. Заехать в них из шлакоблочно-засыпных одно и двухэтажных бараков, спешно построенных в последние военные и послевоенные годы пленными немцами, было очень почетно и престижно. В первую очередь квартиры в таких домах выделялись передовикам производства и победителям социалистического соревнования.
И комнаты в коммунальных этих квартирах давали только начальству, инженерно-техническим работникам и лучшим рабочим. Абы кто, разгильдяй какой-нибудь, или прогульщик, или нарушитель трудовой дисциплины и мечтать не мог, чтобы сюда въехать. Сколько слез женских из-за этого было пролито. А сейчас это, конечно, старина, как и весь этот выросший вокруг завода рабочий поселок.