Любовь - та еще магия (СИ)

Тирания была готова к тому, что семейка ее кавалера надолго ей запомниться, и все же это было лучше, чем сидеть в кампании надоедливого племянника. Сперва все было так, как она себе представляла: странный высокий парень с глубоким голосом и замедленной речью, ведьма приняла его за статую, Фестер назвал Ларчем, маленький мальчик с отвратительной улыбкой и девочка с лицом, как у фарфоровой куклы.

— У дяди Фестера уже была жена. — Предупредила малышка. — Она поджарилась, когда пыталась нас убить. Но вам не о чем переживать — на кладбище еще много места.

— Какая милая, несносная девчонка. Так и хочется… — Договорить блондинка не успела, прямо перед ней приземлился темноволосый человек в элегантном костюме. Она даже подумала, что эти Аддамсы его похитили со сказочного замка, но как оказалось, он был главой семьи.

— Братец, вернулся!

Парни обнялись, на этот раз старший опередил младшего и первым перекинул его на пол. Гомес вытянул руку, Ларч подал шпаги обоим. Братья начали фехтовать, выкрикивая дерзкие фразочки, трудно было оторваться от этого зрелища.

— Опять устроили дуэль на смерть. C’est un spectacle fascinant!

— Тиш, французский!

Отбросив шпагу джентльмен кинулся к супруге, упал на колени и поцеловал ее руку. Тирания обернулась. Она ожидала увидеть страшную ведьму, которая приворожила к себе такого красавчика. Каково же было ее удивление, когда глаза встретились с Мортишей. Идеальная фигура, платье из черного шелка, остренький носик, сверкающее серые тени, кроваво-красные губы, и что самое обидное — идеальный маникюр.

— У твоего брата очень странные вкусы… — Оглядывая гостью заявила хозяйка дома. — Как по мне у брачной аферистки шарма было больше, но у этих двух все еще впереди.

Тиранию ждало двойное свидание — мать братьев как раз закончила готовить ужин. Семейство собралось за огромным резным столом, в ожидании вкуснейшей трапезы. Пагсли не удержался и спросил, как прошла первая встреча.

— За один день меня пытались проклясть, сварить, выкинуть из дома и линчевать! Ах, чувствую себя лет на двадцать моложе. А вы бы попробовали, что приготовила Тирания! Суп с глазами тритона и кровью бабуина, маме стоит взять рецепт.

— Это простецкое зелье, любая ведьма сварит. — Заливаясь румянцем ответила блондинка.

Кажется, все начало налаживаться. Сперва семейство с недоверием поглядывало на наряд гостьи, но уже через пару минут по всем душам разговаривало. И вот, когда все начало налаживаться, комнату заполонил зеленый дым.

— Вампадур, почему не на рабочем месте?!

Женщина вмиг побледнела. Вот черт, и как же она сварит зелье без племянника?

— Магог, не ожидала тебя здесь увидеть!

Инспектор обернулся. Позади него стояла старая ведьма, улыбаясь во весь рот.

— Миссис Аддамс, не ожидал вас увидеть.

— Как там ваша жена, рога оленьи не заметила?

— Я же просил забыть об этом, у меня был стресс из-за работы с двумя идиотами.

— А мне напомнить…

Не успела старушка договорить, как Маледиктус исчез. Тирании показалось, он был напуган больше нее самой. Ну, а что случилось между этими двумя бабуля Аддамс с радостью рассказала.

— У нас был роман дня три, а тогда этот жук мне надоел, и я бросила его, оставив прощальный подарок в виде парочки рогов.

Веселье продолжилось. Семейка оказалась вовсе не такой отвратительной, как себе представляла ведьма, даже еще хуже, и после стольких лет одиночества она наконец-то почувствовала себя как дома.

***

— Ты не мог бы стать немного правее.

— Вот сюда?

— Да, идеально! Эй, Бубоник, тащись сюда!

Колдун прибежал, на ходу потеряв свою шляпу. Он уже протянул руку, чтобы получить половину свитка, на нее свалился утюг.

— Хочу сказать, чтобы ты слышал: мы с Фестером скоро поженимся.

— Что? Ну уж нет, ни за какие деньги! — Драматично вздохнув Аддамс выпрыгнул в окно, оставив после себя разбитое стекло.

— Признаю, такого поворота стоило ожидать. Ладно, пойду выполню свою часть сделки, а ты спускайся в подвал: Магог ждать не станет.

Как только Бубоник ушел, ведьма выглянула в окно. Фестер смотрел на нее из кучи кактусов, которые посадил племянник.

— Приходи к шести часам, побегаем от толпы еще разок. — Сказала она ему так, чтобы никто не слышал.