В действительности

– Тебе сюда, – услышал он голос Володи.

Овраг был глубокий, а снег мягкий и совсем не слежавшийся, поэтому он вошел в него практически по шею. Вонючий шарф уткнулся в нос, залез в рот, телу стало холодно. Но самым неприятным было то, что он не мог ни на что опереться, словно попал в какой-то вакуум. Серега подергал ногами – бесполезно! Вспомнилась передача про зыбучие пески – в них попадаешь, начинаешь пробовать вылезти, а тебя еще больше засасывает внутрь. Он еще больше похолодел изнутри. Стало страшно.

– Ну что, любитель хоккея, – услышал он голос, – ты все понял?

На фоне неба он увидел два силуэта. Один из них, несомненно, принадлежал Володе, а кем был второй человек – было неясно. Но именно он и говорил с ним.

– Нет в «Мотористе» никаких Рашковских. И Зайцевых тоже никогда не было. А Муха в аварии погиб. На какой хоккей ты ходил, чучело? И кто ты такой в действительности?

«Блин, они меня проверяли! Как фальшивых «афганцев» проверяют, и прочих таких же, фильм был недавно про это! Надо им объяснить, быстрее, что случайно, что не со зла!»

Но Серега ничего не мог сказать, он только рычал и хрипел, а ужасно пахнущий шарф еще и не давал дышать. Легкие разрывались от боли. Стало казаться, что под воздействием его лихорадочных действий тело медленно опускается вниз. Серега понял, что он умирает…

***

Сознание словно подсказало ему:

«Проснуться?»

«Да! Да!! Конечно, проснуться!!!»

***

– Черт малахольный, как же ты меня достал!

Сознанием он был еще там, в овраге, а Антонина уже вытаскивала его, замотанного в одеяло, из сна в настоящее.